HP: Hidden Swimming Pool

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HP: Hidden Swimming Pool » Resurrection Stone » 2001, never enough (18+)


2001, never enough (18+)

Сообщений 1 страница 30 из 47

1

http://funkyimg.com/i/2CYu3.gif http://funkyimg.com/i/2CYu4.gif

Loren Allred — Never Enough | Hozier – Take Me To Church
Rachel Chambers & Cedric Diggory
Paris, 2001

Отредактировано Rachel Chambers (18.03.18 11:37)

+3

2

[indent] - Да, мадам Монсиньи, это мероприятие покроет все ваши расходы, можете доверять мне. Au revoir*. - Телефонная трубка в тот же миг стала в несколько раз тяжелее, а привычный запах растворителя вызвал непривычный приступ тошноты. Успеет ли она? Уже поздно что-то отменять, да и в противном случае за аренду придётся платить позже назначенного срока, а это выльется в очередную ссору с хозяйкой. Нет, слишком большой риск, который себе уже не может позволить. Телефон снова звонит, снова этот раздирающий в клочья не проснувшееся воскресенье звук, трещит и трещит с восьми утра. Почему люди не могут позволить себе поспать чуточку дольше в выходной день? - Слушаю! - Чуть ли не срываясь, отвечает она, пытаясь предугадать, что ещё от неё потребуют сегодня. Ошибается. - А, Луи... нет, не могу сегодня... завтра тоже... как будет возможность, дам знать. - Не прощаясь, кладёт трубку, выдёргивает единственную преграду между своим спокойствием и очередным звонком.
[indent] Луи. Кажется, они встретились на прошлой неделе в галерее. Не сказать, что молодой француз не вызвал в ней хоть каких-то тёплых чувств, но и не стоял в числе приоритетов на ближайшие семь дней. Он был слишком самолюбив, слишком хотел выставить себя в лучшем свете. И когда тот начал распинаться где-то между Мунком и Кандинским, Рейчел не выдержала и ткнула его носом в свой бейдж. Не сделай этого, Луи и дальше бы принимал ее за посетительницу и вешал лапшу на уши про путь очередного экспрессиониста. Однако его болтливость прекрасно сочеталась с безупречным внешним видом, аккуратностью и еще, кажется, у него были очень длинные ресницы и красивые губы. Возможно, Рейчел и могла бы влюбиться с первого же взгляда, как любая другая посетительница галереи в тот вечер, но этого не произошло. Никакого vertigo** она не почувствовала, а быть может и не хотела. Да и была слишком далека от всех этих душевных переживаний, любовных драм. Она не хотела еще хоть раз почувствовать себя той влюбленной школьницей, которой некогда была. Слишком больно и слишком обидно. У нее есть сейчас дела поважнее.
[indent] Исписанный и перечёркнутый календарь на стене кричал о том, что маяться бездельем ей осталось недолго: подрамники так и не привезли, Жюли так и не сделала коллаж, а стоило эту негодяйку немного больше напрячь, да и хаос в ее квартире-мастерской больше напоминал обитель пресловутых американских битников, хоть запускай всю парижскую богему - пускай творят, что хотят, ведь хуже не станет.
[indent] Каким-то усилием свыше Рейчел заставила себя подняться с паркета, на котором в обнимку с телефоном пролежала минут двадцать, и это усилие говорило о том, что не все потеряно, что она ещё успеет отправить пару приглашений своим знакомым, возьмёт себя в руки, такую беспомощную, и распишет все возможные варианты проведения светского вечера, а если нет, то сгребет все свои пожитки, вернётся в Лондон, признаётся в своём бессилии матери и отцу. Чертовски непривлекательный вариант... и все такой же противный запах растворителя.
[indent] Окно нараспашку. Она садиться на пригретый утренним солнцем бетонный пол, просовывает руки меж прутьями и закрывает глаза. Нет, сегодня она явно беспомощна, сегодня не ее день, и вчера был не ее. Здесь так душно, так приторно, так сложно, что она уже начинает грезить о возвращении домой. Тошнота отступает, только вот солнце начинает поджаривать ее бледную кожу. Так, надо срочно на природу. Бросить все, нет, закончить все и выбраться за город, отдохнуть, загореть, открыть пару бутылок, что подарили ей на последнем мероприятии в Del Arte, а потом решить, как жить дальше, а ещё подстричься не помешает, можно коротко, что-то слишком жарко...
[indent] Звонок снова прерывает ее мысли. Телефон? Она отключила. Кто-то настойчиво хочет ее видеть. Теперь уж дверной звонок заставляет ее мысли работать на полную. Подрамники? Наконец-то! Босыми ногами она пересекает мастерскую, врезается неуклюже ногой в стол, слышит, как несколько банок падают на паркет - не закрытых явно, снова придётся отмывать краску. Подрамники. Это сейчас важно. Несколько ее картин ждут, не дождутся, чтобы оказаться вне квартиры. Это заставит взять себя в руки, да. Дверная цепочка соскальзывает...
[indent] - Наконец вы привезли по...

и тогда время в столь непривлекательное воскресное утро останавливается.

*до свидания (фр.)
** головокружение (анг.)

[icon]http://funkyimg.com/i/2C2eZ.png[/icon][pers]<a href="ссылка">Рейчел Чемберс</a>, 21 год[/pers][info]Помощник директора арт-салона Del Art(e) в Париже; фонд поддержки сборной Англии по квиддичу[/info]

Отредактировано Rachel Chambers (03.03.18 17:59)

+3

3

Шесть лет прошло с окончания школы. Для кого-то это могло показаться одним мгновением, для кого-то целой вечностью, но для Седрика Диггори время шло, как обычно. Он никогда его не торопил и никогда не пытался замедлить его ход, желая растянуть или наоборот промотать какой-то период жизни. Седрик верил, что всему отмерено ровно столько мгновений, сколько это должно происходить, и только ты решаешь, как воспользоваться отведенным временем.
После школы много дверей было открыто перед ним. Лучший ученик, староста, капитан сборной по квиддичу, чемпион школы, кроме того, репутация отца давала дополнительные рекомендации, в которых, в целом, Седрик и не нуждался. Но истинные хаффлпаффские трудолюбие, упорство, верность и честность не позволили юному выпускнику Хогвартса заняться чем-то просто увеселительным, вроде квиддича. Диггори хотелось нечто большего. Ему нужно было делать что-то невероятно полезное, помогать людям, именно поэтому выбор пал на Министерство магии. Немалую роль в выборе молодого человека сыграл и его отец, который был вне себя от счастья, узнав, что сын так же будет работать в Министерстве, куда его взяли даже без испытательного срока. Сначала это была должность младшего помощника, но Седрик быстро зарекомендовал себя, как ответственного и самоотверженного работника, и его карьера за шесть лет неплохо поднялась. Только личная жизнь все еще не сложилась к уже достаточно зрелому для магического мира возрасту мужчины. Но это мало волновало Диггори, он всегда был самодостаточен, и долгое одиночество совсем не портило его ощущение жизни.
Именно об этом Седрик думал, прогуливаясь по магловской части Парижа, куда прибыл на очередную международную конференцию. Сегодня у него был выходной, и он планировал провести его в свое удовольствие. Именно сейчас он вспоминал о том, что именно привело его к тому образу жизни и к тому делу, которому он посвящал свою жизнь. Вспомнились все школьные думы и разговоры об этом, моменты сомнений и смятений. Вспомнились школьные друзья и знакомые, которые хоть как-то участвовали в этом выборе. Но началось все это с воспоминаний об одной своенравной блондинке с Рейвенкло, которая всегда вызывала в Диггори бурю неоднозначных эмоций. Они давно утратили связь, но, благодаря своим знакомствам в Министерстве, которыми он, к слову сказать, никогда не злоупотреблял, он знал, что девушка сейчас живет и работает во Франции. И после назначения места проведения конференции, он знал, что обязательно встретится с ней.
Седрик больше ничего не знал о Рейчел, но ему удалось раздобыть ее адрес, и сейчас он направлялся именно к ней. Возможно, она жила с мужчиной, возможно, она давно забыла его. Он и не рассчитывал на теплый прием, на радостные возгласы и жаркие объятия. Просто он был в чужой стране, и ему хотелось увидеть знакомое лицо, вспомнить школу, узнать, как дела и смогла ли Рейчел Чемберс реализовать свои подростковые мечты. Он готов был к тому, что ее нет дома, что она сошлется на занятость или вообще не узнает его, но он все еще был слишком доверчив и прямолинеен в общении, чтобы думать о таких глупостях. Поэтому и решил, что простое появление утром в выходной без предупреждения будет самым уместным.
Седрик звонил в звонок несколько раз, но за дверью была лишь тишина. Однако, молодой мужчина был настойчив, кроме того, он никуда не торопился, поэтому не спешил покидать площадку, так и не дождавшись ответа. Наконец, за дверью послышалось какое-то движение, и через пару мгновений дверь открылась, и перед ним оказалась приятная молодая девушка. Это, разумеется, была Рейчел. Ее одежда была по-магловски простой, прическа совсем поменялась, и Седрик мгновенно отметил, что она ей очень идет. И, возможно, он не узнал бы ее, если бы не все те же живые зеленые глаза. Она сильно изменилась, но было это не во внешности, хотя за шесть лет она несомненно повзрослела и похорошела. Изменился ее взгляд, выражение лица, и, казалось, перед ним был уже совсем другой человек. Хотя, наверняка, так и было.
- Здравствуй, Рейчел. – Улыбнулся Седрик, не решаясь переступить порог, пока девушка сама не пригласит его в дом. – Я был здесь поблизости и решил навестить тебя. Все же я рад, что ты выбрала Францию, а не Штаты.
Седрик понимал, как странно это выглядит, как неожиданно. Ведь это он думал об этой встрече несколько недель, заранее зная о своей поездке, а для Рейчел это был шок. Поэтому, улыбаясь удивлению девушки, молодой человек не торопил ее, давая ей время осознать, что происходит, и решить, как с этим поступить. [icon]http://funkyimg.com/i/2C4vk.png[/icon][pers]Седрик Диггори, 24 года[/pers][info]Сотрудник Британского филиала Международной конфедерации магов, Отдел международного магического сотрудничества, Министерство магии[/info]

Отредактировано Cedric Diggory (08.02.18 17:07)

+2

4

[indent] Ее ноги подкашиваются как раз в тот момент, когда рука успевает ухватиться за приоткрытую дверь. Какое-то мгновение она остаётся глуха и слепа, не веря своим глазам - они ещё те предатели, можно все списать на побочный эффект от новых витамин, что принимала с утра, она надышалась красками и растворителем, перегрелась на балконе, все, что угодно, лишь бы увиденное не было правдой. Сойдёт любая ложь, она тут же поверит. Это все какой-то заговор против неё, происки конкурентов. Она смотрит в упор, боясь отвести взгляд от иллюзии, от воскресного сна, от галлюцинации, глаза в глаза, замечая, как столь беззвучный контакт начинает его смущать, вызывает подозрение, переплетенное с множеством вопросов, его и ее.
[indent] Однажды на сеансе она призналась миссис Лакер, что впервые влюблена, но безответно. Это было, кажется, в конце четвёртого курса. Ей сказали, что это нормально в таком-то возрасте, что появляются определенные симпатии к определенным людям, чьи поступки мы расцениваем как приближённые своим или полностью противоположные нашей натуре. Что в первом случае, мы видим родственную душу, а во втором - вызов, брошенный исключительно нам. Но это только период, через который проходят все. Про то, что эти чувства так и остались без ответа, миссис Лакер промолчала, лишь черкнула своими каракулями на листе пару строк и передала матери, с которой в тот же вечер у Рейчел состоялся короткий диалог:
- Я ненормальная?
- Нормальная, но с богатым воображением. Знаешь, в Хогвартсе я тоже была влюблена, и...
- Я не хочу это слушать

[indent] Она все ещё опирается на дверь, разрывает их немое общение и переводит взгляд на лестницу позади. Никого больше, только снизу, этаже на втором, кто-то хлопает дверью и спускается, доносится отчетливый стук каблуков по бетонной площадке. Свет через большое круглое окно напротив ее дверей разливается повсюду, касается его волос, его всего, кажется, эти лучи исходят от него, но силуэт остаётся в тени, говорят только глаза, но немые губы, которых хочется коснуться, какое-то время молчат. И тогда она решает, что непременно нарисует этот момент. Когда галлюцинация исчезнет, растворится, а ее глаза будут вырисовывать совершенно пустую площадку, она подойдет к мольберту, поставит холст и тогда оживет свое собственное волшебство, только вот видение не исчезает, все еще смотрит на нее. Он улыбается и называет ее имя. Голос не похож на тот, что она слышала в последнюю их встречу, когда он выпускался со Школы, стал грубее по звучанию, но в нем все еще где-то притаилась теплота, ласкающая каждым словом ее всю. И это его «здравствуй, Рейчел» и «Решил. Навестить. Тебя». «Рейчел», «тебя», «ты».
«Тебя».
«Ты».

[indent] На нее водопадом обрушивается действительность, в которой она начинает медленно тонуть. И эта реальность заключается в том, что сегодня воскресенье, ее выходной, который она решила посвятить неясно еще чему, ударяет ее кулаком в область груди, да так сильно, что она чуть ли не задыхается, а слезы подкатывают все ближе и ближе… Она должна произнести его имя.
[indent] - Седрик! – Не совсем хорошо у нее вышло, как-то подавлено, будто действительно кто-то или что-то в этот момент ударяет ее.  – Я… ты, что я вообще несу за чушь, - ее рука скользит по волосам и убирает пряди с лица назад, - заходи, только тут так… не разувайся, просто проходи, чувствуй себя как, как… а впрочем, сам знаешь. – Она делает шаг назад, слишком большой шаг, потому врезается в тумбу, с которой падает аккуратно сложенная некогда стопка писем. Они рассыпаются по полу, но Рейчел убирает уж было потянувшуюся руку Седрика: - Все нормально. Спасибо за помощь. – Улыбается она и бросает случайные взгляды на него, пытаясь по кусочкам разглядеть, а не таращиться.
[indent] Да, он изменился, и это было ожидаемо. Хорошо одетый молодой мужчина, судя по визиту в Париж, не знающий особой печали в жизни. Возможно, завел роман с француженкой, или еще что. А впрочем… теперь она вспоминает  о своем внешнем виде – большущий кремовый свитер (в Париже летом и не такое носят!) и рабочие джинсы, которые она не раз заляпывала черной краской, только теперь эти пятна кажутся, будто так все и было задумано. Интересно, каково это ему увидеть все это? Увидеть ее в таком виде спустя долгое время, изменилась ли она для него, потому что он предстал совсем другим человеком, которого уже не будешь доставать своими детскими шутками, пытаться вывести из себя.
[indent] - Проходи в гостиную. – Она кивает на большую светлую комнату, заваленную картинами (не ее), на небольших столиках и тумбах пристроилось множество баночек с красками. На кухне налево через арку более чисто, даже свое место нашли полевые цветы, купленные у метро. Но самым светлым и чистым местом всегда оставалась спальня, в которой она даже не спала. Она, вроде как, вообще забыла, что значит спать, удобнее было засыпать тут же в мастерской, чтобы сразу настраиваться на рабочий лад. Только сегодня она работать уже не собиралась.
[indent] - Штаты? Да, я говорила это тебе перед выпуском, но решила, что слишком много хлопот. Да и меня еще на последнем курсе позвали сюда. Я не могла отказаться. – Она пожимает плечами, опирается все на ту же тумбу, с которой свалились те несчастные конверты. – Чай? Кофе?
[icon]http://funkyimg.com/i/2C2eZ.png[/icon][pers]<a href="ссылка">Рейчел Чемберс</a>, 21 год[/pers][info]Помощник директора арт-салона Del Art(e) в Париже; фонд поддержки сборной Англии по квиддичу[/info]

Отредактировано Rachel Chambers (09.02.18 07:13)

+2

5

Увидев ее, такую взрослую, такую независимую, такую новую, Седрик замер. Он смотрел на нее, разглядывая каждую черточку на ее изменившемся лице, пытаясь распознать ее настроение, угадать ее реакцию и понять, что она чувствует в этот самый момент. Но пока что кроме шока Седрик не мог различить ничего. Она молчала, впиваясь в него ставшими еще больше на чуть похудевшем лице глазами, как будто не верила, что он мог сейчас стоять здесь на пороге ее дома. Седрик и сам не верил в происходящее, будто заразившись от нее этим смятением, но взял себя в руки гораздо раньше. В какой-то момент он даже хотел уйти, решив, что она просто не знает, как прогнать его, но он быстро отверг эту мысль, как довольно нелепую, и продолжил терпеливо ждать хоть какой-то реакции. Хотя некоторое смущение и неловкость все же, возможно, отразились на его лице, ибо Рейчел в итоге очнулась, словно выйдя из внезапного транса. Седрик даже предположил, что она просто вспоминала его имя, от чего неловко улыбнулся в своей привычной манере одним уголком губ.
Когда молчание затянулось и Рейчел перевела взгляд куда-то за Седрика, он окончательно перестал что-то понимать. Может, она думала, что он должен быть здесь не один, и что сейчас состоится спонтанная встреча выпускников Хогвартса? Но взгляд быстро вернулся к нему, и она, наконец, назвала его по имени. Облегченно выдохнув, Седрик теперь улыбнулся шире. Она пригласила его в дом, нервно поправляя волосы и заговариваясь, и мужчина послушно переступил порог, не без интереса наблюдая за каждым движением девушки. Теперь, когда она вспомнила его, когда не прогнала, он абсолютно успокоился. Его движения остались плавными, а взгляд превратился из испытывающего в интересующийся. Стопка писем, упавшая после столкновения хозяйки жилища с тумбой, на которой они покоились, разлетелась по полу, заполняя тишину шелестением бумаги, но Рейчел отвергла его помощь, не желая, чтобы он устранял последствия ее неловкости. Ее слова сквозили официальностью, предложения были краткими и отрывистыми, казалось, она вот-вот добавит в конце каждой фразы что-то вроде «мистер» или «мсье». Но это было логично, ведь виделись они последний раз детьми, а теперь были взрослыми людьми и не общались целую вечность.
Седрик молчаливо повиновался ее словам, пройдя в светлую гостиную, которая была больше похожа на мастерскую художника. Разглядывая хаотично расставленные картины, бесчисленное количество всевозможных банок с краской, разбросанных палитр, кистей, молодой человек ощущал смесь запахов масляной краски, растворителя, деревянных подрамников и свежих холстов. Это было настолько необычно и одновременно прекрасно, а главное, совершенно непредсказуемо. Неужели она стала художником? Или она живет с художником? Однако, наблюдательный Седрик невольно обратил внимание в прихожей на наличие хоть каких-то признаков присутствия мужчины, и пока что не нашел их.
Изучение квартиры Рейчел было прервано ее голосом. Диггори развернулся к ней лицом, с новым интересом всматриваясь в ее фигуру, снова отмечая для себя разительные и приятные перемены в девушке. Похоже, она все еще не могла успокоиться от его внезапного появления. А после ее слов о Штатах и о том, что ее позвали работать во Францию, Седрик понял окончательно, что от прежней Рейчел едва ли что-то осталось. Все ее старые мечты и страхи остались в прошлом. Ее новая жизнь не имела совершенно ничего общего с мыслями той юной рейвенкловки, которую он помнил. И Седрик частично был готов к этому, но все же ощутил легкий укол негодования от столь сухого приветствия. Ведь сам он был очень рад видеть ее и даже обнял бы прямо с порога, если бы не та заминка.
- В Великобритании все еще предпочитают чай. – Снова улыбнулся мужчина, не отводя наблюдающих глаз от блондинки. – Ты прекрасно выглядишь.
Он сам не заметил, как комплимент слетел с его губ, но это совершенно не смутило его.
- Значит, художник. – Утвердительно произнес Седрик, проведя пальцами по раме стоящей на полу картины. – Я рад, что ты все же выбрала искусство.[icon]http://funkyimg.com/i/2C4vk.png[/icon][pers]Седрик Диггори, 24 года[/pers][info]Сотрудник Британского филиала Международной конфедерации магов, Отдел международного магического сотрудничества, Министерство магии[/info]

Отредактировано Cedric Diggory (09.02.18 21:24)

+2

6

[indent] Все ещё наблюдает за ним, кротко, стараясь не выказать неуважения, не показаться бестактной, в его появлении здесь спустя столько времени было нечто необыкновенное, волшебное, это была очень сильная магия, с которой она не могла бороться, она хотела принять всю и сразу. И пока он рассматривал ее убежище, она тайно изучала каждую черточку силуэта.
[indent] - Спасибо. - Отвечает она на комплимент, чувствуя, как горят щеки. Все та же манера шутить, не вкладывая особых усилий, умение заставить ее улыбаться одним лишь взглядом, одним словом. Неужели он и правда думал, что она позабыла про родину? Это было бы на неё не похоже: да, нигде не красовался флаг Британии, не распевала она по утрам гимн, чай не пила по расписанию, но никогда не забывала о том, кто она есть, кем всегда была.
[indent] - Чай так чай, хотя..., -  она проверяет время на маленьких настенных часах в прихожей, накручивает локон на палец, размышляя. Тему своих художеств решает оставить на потом.
[indent] - Вообще-то я сегодня ещё не ела. А давай устроим воскресный бранч на балконе? Только... я схожу за продуктами... - Она знает, что он ответит, знает, что его замешательство она сможет склонить к своему «да». Сегодня слишком жарко, слишком светло, его присутствие добавляет все больше и больше этого света, красок. Рей открывает все окна в гостиной, на кухне, впускает воздух ото всюду, который сразу же путается в тонких полупрозрачных белых шторах во всю стену.
[indent] Немного охрипший ее голос что-то говорит о подрамниках, что должны привезти, а потому «откроешь дверь, а я вернусь минут через пятнадцать», не переодевается, сгребает в карман джинс ключ от парадной, мелочь с маленького стола в гостиной и наспех надевает теннисные тапочки. Она бежит, чтобы немного побыть в одиночестве и осознать происходящее, свыкнуться с мыслью, что привычный порядок ее жизни нарушен его появлением. Если и показалось, что она ведёт слишком унылый и размеренный образ жизни, то это было не так. Хоть и проводила все своё время в галлерее, но никогда не забывала о житейских радостях. Традиционно по воскресеньям устраивала утренний чай с булочками, по понедельникам прогуливалась по парку со своей соседкой и ее бульдогом, разговаривая о новых любовных приключениях молодой и амбициозной француженки, работающей офисным работником в сфере рекламы. А по средам Рейчел присоединялась к книжному клубу в кафе «Michel», наотрез отрицая читать Сагана и подсовывая своим единомышленникам Фолкнера.
[indent] Помимо всего этого, она выписывает газеты из волшебного мира Британии, которые доставляют ей каждый воскресный день ближе к полудню. Ведёт переписку с лучшими школьными подругами - Падмой и Мэнди, которых не раз уговаривает приехать погостить. Свою школьную мантию, палочку, метлу она забрала с собой сюда и хранит в большой коробке на мансарде, что в свою очередь больше смахивает на реквизит для карнавала.
[indent] Она возвращается ровно через четырнадцать минут с огромным бумажным пакетом и застает своего гостя на балконе. Продукты отправляются на кухонный стол, а сама она (снова босиком) выходит к Седрику.
[indent] - Вечером от сюда прекрасный вид. Я, надеюсь... что ты сможешь провести со школьной знакомой чуть больше времени, нежели пару часов. Присаживайся. - Она кивает в сторону плетёного кресла, которое чудом вместила здесь же  вместе с маленьким столиком. Рука внезапно касается его плеча, улыбка не сходит с лица, тем самым заставляя ее несколько прищуриться. Ладонь скользит по его спине и она снова уходит, на этот раз готовить поздний завтрак.
[indent] Спустя минут десять возвращается с подносом, аккуратно раскладывает тарелки со свежими булочками, паштетом, нарезанным багетом, чашки, два стакана апельсинового сока, чайничек из бабулиной коллекции, который прихватила с собой, убирает поднос на подоконник, а сама садиться напротив.
[indent] - Из меня такой же художник, как из ирландца трезвенник, я всего лишь совершенствую работы, от которых кто-то отказался на середине процесса. Редко когда берусь за своё, в основном это эксперименты с цветом. - Она отпивает сок, кивает на тарелки. - Работаю в художественном салоне, чаще всего в мои обязанности входит организация выставок, мастер-классов, главное собрать парижскую богему и не дать заскучать этим снобам. Ещё тайно контролирую, чтобы у нас не выставлялись волшебники... ну знаешь ли, они любят добавить в своё творчество немного магии, потому и воспринимаются картины обывателями как нечто сверхъестественное, я таких своими методами выпираю куда подальше. Конкуренция должна быть честной, для таких вот есть свой район, скрытый от глаз магглов - выставляйся, сколько хочешь, а другим голову не морочь. Тем более это может быть своего рода опасно - никогда не знаешь, какой волшебник перед тобой, и что он сделал с картиной. Помню случай в одной галлереи, где такая работа неизвестного начала сводить людей с ума. Увы, местное Министерство, а конкретно отдел, отвечающий за культуру и безопасность не больно любят поднимать свою пятую точку, если им не дать прямую наводку. Вот такой я анонимный, или нет, шпион. - Она возвращает стакан на стол и берет одну из булочек с вишневой начинкой - любимую. - А теперь ты расскажи, какими судьбами тебя занесло в столь очаровательное место. Неужто симпатичная француженка покорила твоё сердце? Других причин находиться в так называемом городе «романтики» не вижу для такого обольстительного молодого человека, как ты.
[icon]http://funkyimg.com/i/2C2eZ.png[/icon][pers]<a href="ссылка">Рейчел Чемберс</a>, 21 год[/pers][info]Помощник директора арт-салона Del Art(e) в Париже; фонд поддержки сборной Англии по квиддичу[/info]

Отредактировано Rachel Chambers (09.02.18 22:51)

+2

7

Легкий румянец на щеках девушки выдал ее смущение, и Седрику было приятно осознать, что новую Рейчел все еще можно встревожить простым комплиментом. Первое впечатление о ней, как о ставшей слишком зрелой и независимой, мягко сгладилось, заставляя мужчину узнать во взрослой девушке свою старую подругу. А ее последующее хаотичное поведение дало Седрику полное подтверждение того, что внутри она все же много в чем осталась собой. Проигнорировав слова о ее профессии, Рейчел, будто, окончательно очнулась ото сна, решив, что гостя непременно нужно накормить. Диггори не успел что-то ответить или возразить, а может, и не хотел вовсе. Идея о совместном завтраке на балконе в столь прекрасное утро показалась ему просто идеальной, тем более, что сам он тоже не завтракал. Слишком велико было волнение от предвкушения встречи, и кусок в горло не лез, но теперь, когда прошли первые минуты неловкости, все становилось на свои места, и мысль о еде была более чем уместной.
Не произнося ни слова, он наблюдал за ловкими движениями блондинки, порхающей от окна к окну и впускающей в комнату поток свежего утреннего воздуха.Теперь она вела себя так, словно, не было этого перерыва в общении, словно, они виделись буквально вчера, и вот теперь она раздавала поручения по поводу подрамников, а потом и вовсе сбежала в магазин, оставив его одного. И стоило входной двери захлопнуться за спиной Чемберс, Седрик понял, что эта пауза нужна была им обоим. Только теперь он осознал, сколько эмоций и воспоминаний нахлынуло на него. Он шел сюда, совершенно не представляя, что будет происходить, как пойдет разговор, надолго ли он задержится у нее или позовет гулять. Все шло само собой. А может, она убежала и больше не вернется? Улыбнувшись собственным мыслям, Седрик вышел на балкон, чтобы окончательно освежить голову и освободить ее от всяких глупостей.
Прошло совсем немного времени, как Седрик увидел светлую макушку, возвращающуюся домой. Она быстро появилась в квартире, и, выйдя к нему на балкон, предложила остаться на весь день. Видимо, прогулка за продуктами пошла ей на пользу, и теперь она спокойно улыбалась и готова была посвятить своему гостю весь свой выходной.
- Я не ставил себе ограничений. – Охотливо ответил Седрик, ощутив легкое касание ее ладони на своем плече, плавно, как будто, невзначай, опустившееся ниже. Теперь это было не то небрежное отдергивание его руки в попытке не дать ему поднять упавшие письма. Сейчас ее касание выглядело, как знак запоздалого приветствия, долгожданный, но осторожный тактильный контакт, сопровождаемый улыбкой на лице и в глазах. Улыбаясь в ответ, мужчина принял приглашение присесть в плетеное кресло, проводив ее взглядом и негромко произнеся еще одну фразу, которую, она, несомненно, слышала. – Все зависит от хозяйки.
Спустя еще какое-то непродолжительное время, Седрик все же удосужился полного внимания девушки, ради которой прибыл в Париж на сутки раньше. Она вовсе не проигнорировала его прежние слова и теперь отвечала очень долго и очень подробно. Слушать ее было невероятно интересно, а ее голос звучал, как приятная музыка. Оказалось, что Рейчел не писала картины, а завершала незаконченные этюды. Ее работа была больше организаторской, нежели творческой, но почему-то Седрик был уверен, что это лишь начало, и ей все равно захочется большего. Непременно захочется.
Все-таки она жила и работала в мире маглов, хотя и не порвала полностью с магическим миром, как ее мать. Было очень забавно наблюдать за тем, как она возмущалась наглости волшебников, пытавшихся обесславить маглов своими нечестными способами. В своих сокрушениях она даже затронула политику, назвав французское Министерство довольно ленивым и причислив себя к их неофициальным работникам. Услышав это, Седрик широко улыбнулся, оторвавшись от наливания уже заварившегося чая и оживленно взглянув на собеседницу. В тот момент он представил, как на международной конференции поднимает вопрос о нарушении волшебниками магловских прав, и ему стало невероятно весело от этого. Однако, эти мысли он решил оставить при себе.
Собираясь внимательно слушать продолжение ее рассказа и намазывая паштет на багет, Седрик чуть не порезался ножом, когда Рейчел внезапно озвучила свое предположения по поводу причины его пребывания во Франции. Она действительно думала, что он здесь ради какой-то девушки и при этом нашел целый день свободного времени, чтобы навестить другую? Однако, мужчина не оскорбился, он понял, что это предположение было непрямым вопросом о его личной жизни, который задавать она бы постеснялась. Поэтому он не торопился с ответом, заставляя девушку немного понервничать и сильнее поверить в свои догадки. Откусив багет и прожевав его, Седрик отпил немного чая, снова взглянув на Рейчел.
- Если бы все было так, как ты говоришь, думаю, сейчас я был бы совсем в другом месте. – Его улыбка стала еще шире, и он окончательно разделался со своим кусочком багета. – Я здесь по работе, но приехал на день раньше, чтобы увидеться с тобой.
Диггори не видел смысла придумывать что-то или скрывать истинные причины своих поступков. Но рассказывать о себе не торопился, желая сначала поговорить о ней и о своем впечатлении.
- Я давно знаю, что ты живешь во Франции, но не имел ни малейшего представления, чем ты здесь занимаешься. И ты меня сильно удивила. Как всегда. Все же я был почти уверен, что ты займешься актерским мастерством. Но ты не представляешь, как я сейчас за тебя рад. Ты так говоришь о своей профессии, так, можно даже сказать, аппетитно, что я не просто счастлив за тебя. Я спокоен за тебя.
Седрик снова улыбнулся, разглядывая, как легкий ветерок нежно трепал пряди ее волос, как солнце заглядывало ей в глаза, еще больше осветляя ее и заставляя щуриться. Почему-то еще со школы он чувствовал за нее ответственность. И это чувство, оказывается, не покидало его все это время, оно лишь притуплялось или пряталось, но сейчас снова напомнило о себе.[icon]http://funkyimg.com/i/2C4vk.png[/icon][pers]Седрик Диггори, 24 года[/pers][info]Сотрудник Британского филиала Международной конфедерации магов, Отдел международного магического сотрудничества, Министерство магии[/info]

Отредактировано Cedric Diggory (10.02.18 20:16)

+1

8

[indent] Было заметно, что ее сокрушающие все и вся рассказы о работе ему пришлись по душе. Да, звучало все это несколько забавно, где-то самоуверенно, но Рейчел не боялась выдавать свои секреты, она уже давно ничего не боялась, кроме как однажды в воскресное утро увидеть Седрика на своем пороге. Это могло означать все, что угодно, гадай или нет, никогда точно не узнаешь ответа, если напрямую не спросить. И вот он стоит перед ней снова, только уже в ее воспоминаниях о сегодняшнем утреннем визите, стоит и улыбается, а она, такая дура, не может и слова сказать, окаменевшая, глухая и ослепнувшая. Надеется, что он не держит на нее обиду за столь холодное приветствие. Кажется, нет, все также улыбается на ее колкости в адрес других, поднимает на нее полный заботой взгляд, когда она помогает ему разлить чай по чашкам, придерживая носик заварника и свое блюдце, а их пальцы на какое-то мгновение ощущают друг друга и под эту нескромную обстановку она начинает на этот раз заваливать его вопросами о личной жизни, но тут же понимает, что это несколько грубо звучит с ее стороны, потому затыкает себя булочкой. Увы, ее собеседник, судя по выражению лица, уже успел беззвучно ответить «а ты как думаешь?»
[indent] И вправду, как она думала? Судя по тому, как был одет Диггори, по его не меняющейся манере быть вежливым, снисходительным, аккуратным, чарующим… перечислять все достоинства молодого человека, а теперь уж мужчины, можно было до потери пульса, пока сердце от переизбытка восхищения не остановится, можно предположить, нет, быть на все сто процентов уверенной, что он без женского внимания никогда не оставался. Как не оставался тогда, будучи знакомыми столь близко, он всегда находился с кем-то еще. Вот эти мысли, нагнанные невесть откуда, больно кольнули ее, задели те струны, звучание которых она давно не чувствовала в себе, которые берегла и лелеяла только затем, чтобы они снова не дали о себе знать. А теперь, все как-то снова стало слишком печальным, от чего она уже пожалела, что вообще коснулась этой темы.
[indent] Он выматывал ее своим молчанием, а она ломала себя изнутри до тех пор, пока вновь не услышала его голос. Странно все это было слышать. Он хотел ее увидеть? Да, правда, иначе бы не стоял с самого утра на ее пороге. Знал о том, что она здесь? Неужели общался с ее подругами, ведь только они знали о Париже. Нет, это вряд ли. Столько вопросов и так мало ответов, будто он чего-то выжидает. Она тем временем берет чашку с блюдцем и отпивает теплый травяной чай, который всегда напоминает ей о доме и о том, на что она свой дом променяла.
[indent] - Ну знаешь ли, на пятом курсе я пробовала получить хоть какие-то рекомендации для ВАДИ, ходила на их спецкурс для поступления, но так ничего и не добилась. Не то, чтобы во мне они не видели талант, скорее я в себе его не могла разглядеть из-за всего, что творилось вокруг. Мне хотелось сжаться до размеров горошины и сделать так, чтобы никто со мной не разговаривал, никто не смотрел. Да, мне тогда тебя очень не хватало. – Она ставит чашку обратно на стол и двумя руками упирается в плетеные подлокотники. – А потом все те же волшебницы из ВАДИ, видя мое состояние, перенаправили запрос сюда в коллегию. Год после школы я проучилась в местной магической академии и очень разочаровалась – маглы за все свое существование создали намного больше, чем мы, их искусство вдохновляло меня больше. Да, какие-то моменты застигали врасплох – некоторые известные художники в мире людей оказывались теми еще волшебниками. И не только художники, ведь речь шла об изобретателях, литературных гениях, актерах! Один из ста оказывался магом, в это не сложно было поверить, учитывая все его достижения, но искусство оказалось огромным миром, которым я не в силах была завладеть за раз. Потому начала с малого, и вот, работаю в салоне, слежу за другими и пытаюсь отыскать что-то в себе, снова выпустить себя из темницы своего «я». В перерывах веду магловский образ жизни, а когда очень устою, то прибегаю к бытовой магии. – Последние слова она уже шепчет, склонившись ближе к нему и подмигивая, облегченно вздыхает, как если бы только исповедалась во всех смертных грехах. Она о чем-то своем  думает с минуту и продолжает:
[indent] - Значит, эта самая француженка и есть я? – Уже не сдерживает смех Рейчел и убирает налетевшие от ветра волосы с лица за ухо. – Надеюсь, я нисколько не разочаровала тебя. Хотя, судя по тому, как ты меня сегодня захваливаешь, мне есть чем гордиться. Но если уж на то пошло, ты так и не ответил на мой ничуть не прямой вопрос: неужто сердце самого Седрика Диггори до сих пор никто не украл? И все-таки ответь, как ты меня нашел?

[icon]http://funkyimg.com/i/2C2eZ.png[/icon][pers]<a href="ссылка">Рейчел Чемберс</a>, 21 год[/pers][info]Помощник директора арт-салона Del Art(e) в Париже; фонд поддержки сборной Англии по квиддичу[/info]

Отредактировано Rachel Chambers (11.02.18 00:15)

+1

9

Седрик знал, что сказанное им непременно зацепит Рейчел, заинтересует ее, и она захочет узнать причины специально, будто невзначай, подкинутых девушке слов о том, что он давно знал о месте ее пребывания. С момента, как прошел первый шок от встречи, с того самого мига, как она коснулась его здесь на балконе, что-то в мужчине переменилось. Ему хотелось дразнить ее, и он не мог остановиться и отказаться от это забавной игры, которую теперь вел, то прямо отвечая на вопросы, то увиливая, заставляя ее задуматься и построить миллион собственных предположений прежде, чем открыть всю правду. Он сам еще до конца не понимал, зачем это делает, но чувствовал, что это помогает ему лучше почувствовать ее.
Рейчел рассказала Седрику о том, что происходило после его выпуска, и как она пришла к той профессии, которой сейчас занималась. Но это все меркло на фоне ее первого за сегодня откровения. Однако она и не собиралась останавливаться на этом, не ждала от Седрика какой-то реакции на свои слова о том, что когда-то давно нуждалась в его поддержке. Тем более, это было сказано в прошлом времени и теперь едва ли имело хоть какое-то значение. И секунду спустя блондинка уже вновь говорила о своем разочаровании в достижениях искусства среди волшебников, объясняя этим свой выбор и желание работать именно с маглами. Седрик все это время слушал ее, не прерывая, иногда становясь серьезным, а иногда улыбаясь. Но главным из всего, что он услышал, было именно то, что девушка не отказалась от магии полностью, что она в ней и, хоть изредка, но находит выход. Он давно смирился с тем, что она не сможет полностью отказаться от одного мира в пользу другого, поэтому был доволен и тем, что есть.
Травяной чай имел точно такой же вкус, как тогда в магловском кафе, в который она привела его в очень давний зимний вечер, воспоминания о котором сегодня все чаще всплывали в памяти. И когда Рейчел замолчала, он еще с минуту просто вдыхал его запах, после чего снова отпил приятный напиток, наслаждаясь каждым глотком. Чемберс снова разорвала тишину, но уже веселым смехом, как-то издалека переходя к разговору о нем, задавая сразу несколько вопросов. И Седрик понял, что ему уже не отвертеться.
- Я рад, что ты держишь свою палочку при себе. По правде сказать, я боялся, что ты полностью отказалась от магии. А еще боялся, что ты меня не вспомнишь. – Сдержанная улыбка вновь озарила его лицо, и он поднял на девушку такой же улыбающийся, но в то же время очень внимательный взгляд. – Ты не просто не разочаровала, я уверен, что ты на пороге чего-то очень прекрасного и очень большого. По-моему, это подходит тебе даже больше, чем актерство.
Седрик облокотился на спинку своего кресла, так же, как Рейчел, положив руки на подлокотники.
- После школы я все же решил попробовать себя в Министерстве. Помню, как-то одна юная блондинка сказала мне, что я способен на многое, и я решил проверить насколько. Отдел международного магического сотрудничества. – Седрик развел руками, назвав место своей работы. – Здесь я из-за ежегодной международной конференции. Работа в Министерстве мне нравится, после войны и со сменой Министра, там все поменялось в лучшую сторону. Там я чувствую себя частью чего-то важного, на что могу повлиять. Кроме того, у меня есть ряд преимуществ, - например, могу легко найти давнюю школьную подругу.
Седрик усмехнулся, выпрямившись в своем кресле и чуть подавшись вперед.
- А насчет всего остального… Ты как моя мама, вот честное слово. – Губы Седрика снова расплылись в широкой улыбке. – Я даже стал реже навещать родителей, потому что уже с порога слышу один и тот же вопрос. Думаю, от развернутого ответа я могу быть избавлен? В общем, нет, я пока не тороплюсь. Зато, может, Рейчел Чемберс есть чем похвастаться на этом поприще?[icon]http://funkyimg.com/i/2C4vk.png[/icon][pers]Седрик Диггори, 24 года[/pers][info]Сотрудник Британского филиала Международной конфедерации магов, Отдел международного магического сотрудничества, Министерство магии[/info]

+1

10

[indent] Сегодняшнее его появление многое вернуло в ее жизнь. Это были и воспоминания из прежней утраченной жизни, за которые она некогда цеплялась, возвращая себе уверенность в собственной значимости, отголоски прошлого как никогда материализовывались в виде красочных картин, ее снов, чередующихся с пропастью, в которой она оказалась после его ухода. Важно было одно: все имело значение, каждое сказанное друг другу слово, детские взгляды, пусть и не сравнимые с теми, которыми сейчас они одаривали друг друга сидя на ее балконе вдалеке от родного дома, вдалеке от Англии, то, кем они были, кем стали сейчас. С собой он принес и солнечные дни в Париж, уж больно надоел этот дождь каждое утро, плащ, который не успевал высыхать, зонтик, который уже давно сопровождал ее повсюду. Сегодня, наконец, взошло солнце, оно взошло в ней самой. 
[indent] Как только он мог подумать, что она о нем забыла? Каким бы не был тернистым ее путь после школы, она долго не могла смириться с мыслью, что оставила в прошлом что-то очень значимое, то, без чего ей вскоре придется нелегко. Так оно и было. В какой-то момент опустошенность и привела ее к мысли, что переезд во Францию не такая уж плохая идея. Что стоит попытаться все начать с чистого листа, только он никогда бы не стал настолько безупречно пустым – еле заметные следы от карандаша, который должен был стереть ластик, напоминали ей о прошлом. И  сейчас настолько безобидная фраза, как «боялся, что ты меня не вспомнишь» вызвала в ней не столько злость, сколько непонимание. Кажется, она успела утешить себя мыслью, что ее детское откровение, признание ему было воспринято тогда, как мимолетная влюбленность. Потому и комментировать это Рейчел не стала.
[indent] Интереснее было другое – Седрик Диггори, которого она в свое время старалась довести своим отнюдь неприличным поведением, теперь сотрудник Министерства. Как странно, что никто из давних знакомых, оставшихся в Англии, до нее до сих пор не донес столь интересный факт. Это многое объясняло: и то, каким странным образом сегодня переплелись их дороги, и почему он теперь выглядит столь важным и где-то даже серьезным. Свое влияние на его решение Рейчел сразу же отбросила, хоть и прозвучало так убедительно и ненадолго затронуло ее самомнение – она всегда знала, что улыбчивый, усердный хаффлпаффец, готовый всем прийти на помощь, поддержать, найдет себя именно в этой сфере. Он выбрал свой путь и без нее, это было предначертано ему, пусть и не всегда Седрик догадывался о своем влиянии на других людей, но Чемберс видела это задолго до того, как какие-то неясные чувства к парню начали в ней просыпаться, а вскоре и душить сильной хваткой зверя.
[indent] Она слушала его также внимательно, как некогда он ее, пусть Диггори и не счел нужным рассказать больше о работе, она была счастлива за своего друга, хоть это и прозвучало несколько странно – «школьную подругу», ведь их никогда не связывали никакие дружеские отношения, как думала она. То, что между ними происходило… и слово нужное подобрать тяжело.
[indent] - Я очень рада за тебя, Седрик. - Сказала она, посмотрев на его руки, которых хотелось в знак искренности своих слов коснуться, но не могла. Зато она решила добавить еще чай, который показался ей остывшим, потому, узнав, что Седрик совершенно не спешит обременять себя какой-то красоткой, она подхватила заварник, стараясь скрыть за своей улыбкой удивление и растерянность от встречного вопроса, поднялась.
[indent] - Пару минут. – Пусть и он немного позадает себе вопрос: «может ли она быть одинока в самом прекрасном городе любви», пока она заваривает по новой чай и наливает себе еще один стакан сока.
[indent] Задержавшись на пять минут (увы, чайник так быстро без магии не закипает), Рейчел возвращается в свое кресло и разливает травяное блаженство по чашкам, хитро поглядывая на Седрика, все еще улыбаясь и пододвигая ближе к нему тарелку со свежей выпечкой.
[indent] - Мои родители тоже самое твердят. А ты думал, почему я так далеко от них сбежала? – Рассмеялась она, но тут же приняла серьезное выражение лица, раздумывая, как бы деликатнее ответить. - Ну, знаешь ли, вниманием может и не обделена, только не собираюсь тратить свое время на маглов. Да, звучит грубо, но в детстве еще зареклась, смотря на родителей, что серьезные отношения буду строить только с человеком равным мне. Никому не хочу объяснять, как это за час я умудрилась и обед приготовить, и уборку сделать, и еще доделать работу. Я хочу, чтобы меня и так понимали без лишних слов, и принимали такой, какая я есть. Да, слишком большие запросы для девушки, которая не вылезает из галереи. А здешние волшебники еще большие снобы, чем я – не удается найти общий язык, не то, чтобы на свидание сходить, вот и приходится отбиваться от студентов местных университетов. – Рейчел отпивает сок, недовольно щурится в сторону палящего солнца. – Еще полчаса мы так просидим, но потом придется отпаивать тебя от жары чем-то повкуснее. На этот случай я кое-что приберегла. Отказы не принимаю. А вообще, как тебе здесь у нас? Пока ты не приехал, каждый день шел дождь с неделю так точно, я уж и позабыла, как выглядит солнце.       
   
[icon]http://funkyimg.com/i/2C2eZ.png[/icon][pers]<a href="ссылка">Рейчел Чемберс</a>, 21 год[/pers][info]Помощник директора арт-салона Del Art(e) в Париже; фонд поддержки сборной Англии по квиддичу[/info]

Отредактировано Rachel Chambers (11.02.18 15:19)

+1

11

Сидя на балконе чужой квартиры, в чужой стране, в компании девушки, о которой он мог не вспоминать годами, но вдруг решил навестить, Седрик пытался понять истинные причины своего визита. Ведь Рейчел не была единственной его знакомой, которая теперь жила в Париже, но он выбрал именно ее, именно к ней он захотел прийти. Чем больше он смотрел на нее, чем больше узнавал о ее новой жизни, тем больше понимал, что, возможно, он зря сделал это, что не следовало ему бередить старые воспоминания, не стоило видеть ее такую расцветшую и прекрасную. С каждым глотком чая он понимал, что не сможет выйти из этой квартиры по собственному желанию. И он готов был многое отдать, чтобы узнать, о чем, на самом деле, думала она. Сожалела ли она об их встрече так же сильно, как радовалась ей? Ведь именно это противоречивое ощущение сейчас накрыло Седрика, заставляя посмотреть куда-то в сторону, будто бы он разглядывал соседние дома и любовался видом.
И этот закономерный вопрос о его личной жизни, который обычно либо смешил его, либо раздражал, теперь же вызвал странное ощущение печали и даже одиночества. Он обычно гнал от себя эти мысли, предпочитая не размышлять над тем, что должно произойти само собой, но сейчас он почувствовал, как это все странно и, возможно, неправильно. Ведь он уже переженил почти всех своих друзей, а кто-то уже начал обзаводиться потомством.
От неуместных мыслей отвлек голос Рейчел. Разумеется, она была рада за него, а лицо ее ни единого раза не выразило удивления. Возможно, она считала его выбор профессии закономерным. И дело было даже не в том, что он когда-то поделился с ней задумками, а она поддержала его. Этот момент он вспомнил просто так. Точнее ему хотелось напомнить ей о том вечере или, скорее, показать, что он помнит. Ему вообще хотелось озвучить что-то, что объединяло их раньше, чтобы уютнее чувствовать себя за беседой.
Она снова оставила его одного, сославшись на необходимость заварить чай, и Седрик опять мог немного отдохнуть и остыть. Однако эта заминка и состояние ожидания ее ответа лишь сильнее разжигала интерес. И вот когда он уже готов был услышать, что она встречается с одним из местных художников, и какой он прекрасный человек, а главное, как он понимает ее, Рейчел вернулась со свежезаваренным чаем, аромат которого мгновенно успокоил воспаленное воображение. И все оказалось гораздо прозаичнее. Красавица Чемберс не желала распыляться на маглов. От этих слов у Седрика даже глаза расширились, - настолько он не готов был такое услышать. Несколько минут назад она рьяно защищала маглов, называя их своими вдохновителями, а теперь не считала их равными себе. Это заявление хоть и было смелым, но очень понравилось Диггори. Он никогда не делил людей по расам, материальному положению, тем или иным талантам, он не был против маглов и браков с ними, но все же считал, что люди, заключающие союз и создающие семью, должны принадлежать одному миру. Кому-то это могло показаться ханжеством, но сам Седрик просто не соприкасался с магловским миром настолько, чтобы влюбиться в не волшебницу, поэтому просто не понимал, как вообще это происходило. С каждым словом Рейчел, молодой мужчина все шире улыбался, явно наслаждаясь тем, что слышал. Но девушка быстро сменила тему, будто не хотела услышать комментарии Седрика по поводу всего сказанного, однако это было неизбежно. Положив руки с локтями на стол, он как будто хотел стать еще ближе к своей приятной собеседнице.
- Рейчел Чемберс! – Почти смеясь начал Седрик. – Не представляешь, как я рад слышать все это. Нет, мне очень грустно, что в Париже, городе любви, так мало достойных. Не зря даже Флер Делакур вышла замуж за британца. Я рад, что ты не хочешь терять свою прекрасную и уникальную сущность. Хотя отношения не бывают без тех или иных жертв, но никто не должен меняться кардинально. Иначе это чествование эгоизма и обезличивания своего я.
Седрик посмотрел на все сильнее припекающее солнце и решил, что пришло время избавиться от легкого пиджака. Взглядом попросив разрешения, Седрик снял пиджак, бросив его на подлокотник кресла, оставшись в светлой футболке.
- Я и сам хотел предложить, но выпивать за завтраком было бы слишком. И я в Париже впервые и еще ничего не видел. Прибыл сегодня утром, оставил вещи в гостинице и сразу к тебе. А погода не просто так такая хорошая. Сегодня прибывают министры с разных стран, местные власти позаботились о том, чтобы их визит ничто не омрачило. Хотя ты права, немного облаков они могли бы оставить. – Седрик в этот раз выпил сок, ибо его начала мучить жажда. – Покажешь мне свои работы?
[icon]http://funkyimg.com/i/2C4vh.png[/icon][pers]Седрик Диггори, 24 года[/pers][info]Сотрудник Британского филиала Международной конфедерации магов, Отдел международного магического сотрудничества, Министерство магии[/info]

Отредактировано Cedric Diggory (12.02.18 17:48)

+1

12

[indent] - Ты, правда, рад? - Не верит услышанному, но не пытается скрыть свой восторг, ещё ближе наклоняясь к нему. - Только это между нами. - Смеётся и мысленно добавляет «родителям моим ни за что не рассказывай». Седрик прав, она не хотела растрачивать всю себя, пусть и работала пока в галерее, но у неё были планы масштабнее, о которых знать сейчас никому не стоило. Она не собиралась отказываться от магии, выходить замуж за магла, чтобы в один чудесный день все равно прилетела сова с письмом для её детей - ну уж нет, пускай прилетает, но её семья заранее будет к этому готова.
[indent] Как оказалось, все благодарности по поводу солнечной погоды стоило направлять в Министерство. Хорошая попытка скрасить приезд иностранной делегации, вот только Париж прекрасен не столько в солнечные дни, стоит увидеть его с изнанки.
[indent] - Это хорошо, что впервые, но я хотела бы тебе показать настоящую французскую магию - ночной город. Так что, если мы прикончим к закату пару бутылок, то аппарировать будет легко. - Рейчел по привычке подмигивает мужчине и уже начинает жалеть о кашемире, с которым даже летом расстаться не может.
[indent] Они сидели не так долго, но солнце уже вовсю бушевало, а значит, наступала пора скрыться в прохладе квартиры. К счастью, Седрик первым предложил зайти внутрь - его интересовали картины, а ей хотелось сбежать от опаляемого светила. - Идём. - Бодро говорит она и протягивает ладонь, как если бы без неё он никогда не нашёл дорогу обратно в гостиную. Возможно, ей хотелось снова почувствовать своей кожей его присутствие, что означало бы, что рассудок ей не изменяет, и все это не сон.
[indent] - Посмотри пока эти. - Кивает она в сторону плотно стоящих друг к другу холстов, отпускает его руку, а сама скрывается в соседней комнате, в которой, по идее, должна была находиться спальня.
[indent] Она возвращается с двумя бутылками Шеваль Блан, подаренными на международной выставке в Гранд-Пале месяц назад, одну оставляет на столе, другую пробует открыть, после чего аккуратно разливает по большим бокалам, изредка наблюдая за движениями мужчины, который сейчас рассматривал работы лишь наполовину принадлежавшие ей. Сейчас он был увлечён живописью, а она им. И когда изредка он поднимал взгляд на неё, она не отворачивалась, а с нескрываемым интересом отвечала ему улыбкой. Своего рода игра в «угадай, что я сейчас думаю».
[indent] Три холодных кубика отправляются в ее бокал и маленькое ведерко, теперь она не спеша направляется к нему, протягивает бокал и взглядом предлагает добавить льда.
[indent] - Три полотна, три пейзажа, один в духе позднего Ван Гога, слишком много слоёв краски, пришлось убирать и завершать в том же стиле, второй - городок в Швейцарии, кто-то явно переборщил с синим оттенком для гор, бросил работу незавершённой, теперь это более-менее смахивает на живую природу, а не пятно; третье полотно забрала у студентки в галерее в прошлый четверг - она пыталась скопировать одну картину, но вышло совсем худо, долго успокаивала, пришлось конфисковать ее имущество, поскольку она грозилась все разгромить с помощью холста и масляных красок в рюкзаке. Пообещала ей бесплатный вход на мастер-класс от одной молодой художницы, а что делать вот с этим ее набором линий и зигзагов, ума не приложу. Есть кое-что, что принадлежит мне и что вряд ли увидит кто-то из французской богемы. - Она подходит к невысокому деревянному мольберту и одной рукой снимает с него плотную серую ткань. Увиденное стоит того, чтобы быть спрятанным от посторонних глаз: большое темное озеро на переднем плане, в багровом закате очертания замка, в которых сложно не узнать их Школу. - Осенью собираюсь побывать там, хочу подарить. Пускай, нет ни капли магии, но в ней другое волшебство - моя душа, моя благодарность, юность и воспоминания. - Тихо произносит она и подносит бокал. - Без тебя это место было бы совершенно пустым, с тобой я начала чувствовать себя не лишней, а это многое для меня значило и значит. И я, Седрик, рада спустя столько времени вновь увидеть тебя. За встречу!

[icon]http://funkyimg.com/i/2CgQN.png[/icon][pers]<a href="ссылка">Рейчел Чемберс</a>, 21 год[/pers][info]Помощник директора арт-салона Del Art(e) в Париже; фонд поддержки сборной Англии по квиддичу[/info]

Отредактировано Rachel Chambers (12.02.18 15:38)

+1

13

Седрику казалось то, что он говорил, таким простым и закономерным, что слова Рейчел, выражавшие ее удивление его реакцией на ситуацию в ее личной жизни, заставили его снова улыбнуться, но в этот раз мягко и даже как-то покровительственно. А ее желание оставить эти откровения между ними, словно, создавало какую-то ауру вдруг образовавшегося маленького мирка вокруг них двоих. Теперь разговор стал настолько непринужденным, что Седрик окончательно расслабился, перестав думать о чем-либо. Его больше не интересовали причины его поступков, мотивы ее слов. Ему хотелось просто наслаждаться этим светлым днем, ее компанией, их общением.
Рейчел была довольна тем, что Седрик совершенно не знал города и ничего не видел, - так она могла удивить его в ответ, и мужчина чувствовал, что она хочет сделать это, ведь его сюрприз действительно удался. Он жалел только о том, что не привез ей никакого подарка, пришел с пустыми руками, и это был его промах, который он собирался наверстать, ведь вечером его ждала удивительная прогулка по ночному Парижу. Отвечать на это не было смысла, во-первых, спорить с Чемберс было чревато, а во-вторых, какой дурак откажется от такой экскурсии даже несмотря на то, что утром он должен был участвовать в важнейшей конференции. Успокаивало его только то, что первый день обычно был более торжественный, нежели информативный, поэтому он готов был продержаться на бодрящем зелье.
Стоило Седрику попросить показать работы, Рейчел не стала тянуть с выполнением просьбы, легко протягивая ладонь, которую Седрик, не задумываясь, взял, снова ощутив волнение от ласкового прикосновения. Это было настолько естественным жестом, настолько непринужденным, что совсем не вызвало неловкости или смущения. Мужчина понял, насколько это было необходимо для завершения установления той самой связи, к которой он стремился все утро.
Она в очередной раз оставила его одного, предложив изучить указанные ей холсты, и Седрик, не провожая ее взглядом, аккуратно начал доставать по одному, чтобы восхититься ее работами, пусть и не на сто процентов, но с приложенными немалыми усилиями. Где-то на периферии сознания, он понимал, что Рейчел ходила за обещанным вином и теперь разливала его по бокалам, но никак не мог оторваться от заманчиво лежавших мазков, от игры цвета и фактуры. Он пытался угадать, что именно принадлежало ее руке. Иногда он бросал на нее беглые взгляды, будто пытаясь сравнить с ней то, что видел в работах, а она лишь ласково улыбалась в ответ.
Наконец, будто прочитав на его лице замешательство, она подошла к нему, вручив бокал рубинового вина и предложив добавить в него лед. Взяв из ее руки бокал, от льда Седрик отказался.
- Люблю чистый вкус. – Улыбнулся он, по виду девушки понимая, что она все-таки расскажет ему о работах.
Слушать ее было невероятно интересно. Сам Седрик не так хорошо разбирался в искусстве, но разъяснения и комментарии Рейчел были абсолютно понятными. Ее критика и видение недостатков казались Диггори настолько профессиональными, что у него возникла мысль, будто, Рейчел сама не догадывается о том, что уже вполне готова работать самостоятельно. И стоило ему об этом подумать, как она открыла ему свое единоличное творение. Не узнать на холсте Хогвартс и его окрестности было просто невозможно. Казалось, если засмотреться на нее чуть дольше, то рябь от заката на озере начала бы мерцать. Рейчел хотела подарить картину школе, и это показалось Седрику просто великолепной идеей. Восхищенно взглянув на нее, он понял, что прозвучит тост. Только он не ожидал, что тост будет в его честь. Нет, выпить она предложила за встречу, но откровенность, с которой она начала, вновь заставила мужчину почувствовать себя семнадцатилетним мальчишкой, который впервые слышит от девушки подобные слова. Конечно, это было не в первые, и много с тех пор было более откровенного и нового, и не это заставило его так удивиться. Он не верил, что спустя столько лет, она все еще может говорить ему такие вещи.
Кивнув в ответ, он коснулся ее бокала своим, будто в замедленном кадре, и, не отрывая взгляда от ее глаз, отпил немного вина.
- Я ждал этих слов еще там на площадке. – Широко улыбнулся Седрик, решая, что к слишком серьезным заявлениям он сейчас не готов. Однако, взгляд его посерьезнел. – И ты никогда не была там лишней. Это твое место по факту рождения, и я рад, что смог тебе об этом напомнить.
Седрик, опустив правую руку с бокалом, левой приобнял девушку за плечи, встав справа от нее. Теперь они оба стояли лицом к расставленным для обозрения картинам.
- Я не эксперт, но, по-моему, вся реализация легла полностью на тебя, от прежнего творца осталась лишь идея. А с идеями, я уверен, у тебя полный порядок. Я бы советовал тебе не реанимировать работы бездарностей, а уже начинать, точнее, продолжать реализовывать свой талант.
На такой высокой ноте, Седрик решил, что пришло время для второго тоста:
- За тебя иии твои новые начинания!
После этих слов он снова поднял свой бокал, предлагая скрепить сказанное звоном стекла.
[icon]http://funkyimg.com/i/2C4vh.png[/icon][pers]Седрик Диггори, 24 года[/pers][info]Сотрудник Британского филиала Международной конфедерации магов, Отдел международного магического сотрудничества, Министерство магии[/info]

+1

14

[indent] Она должна была извиниться за столь холодную встречу, объясниться, сказать, что была шокирована столь внезапным его появлением, но промолчала. Сейчас, когда он продолжал открыто говорить про значимость, поток оправданий был бы излишним.
[indent] - Спасибо. - Ее тихая благодарность, сопровождаемая особым блеском в глазах, который она и сама чувствует, пытается побороть, не выдать себя, говорит красноречивее любых ответных слов. Рейчел не скрывает картину, ткань из ее пальцев сама выскальзывает и падает на паркет, стоило его руки коснуться плеча. Его мысли, его взгляд, весь он сам пребывает в каком-то пограничном состоянии между миром реальности и тем, что изображено, не отрывает взгляд, возможно, пытаясь увидеть что-то необычное в знакомом пейзаже. Это не просто напоминание о ее прошлой жизни, это и был смысл всего ее существования. И то, что Седрик знал это, чувствовал  - в этом всем она не сомневалась. Только вместо того, чтобы и дальше толкать ее в эту бездну воспоминаний, он вытаскивает ее обратно своим голосом, возрождая уснувшее чувство покорности собственной судьбе. - За начинания! - Присоединяется она к тосту и поспешно опустошает четверть бокала.
[indent] Не смотря на расслабленное к этому времени состояние, они все ещё ходят по тонкому льду: она не говорит ничего, что сможет скомпрометировать ее; он… ох, он все еще так вежлив, так приветлив с ней, что начинает хотеться чего-то большего, нежели рассматривание картин в ее одинокой квартире.
[indent] Рейчел забирает с кухонной стойки вино и возвращается с бутылкой и бокалом на середину комнаты. Сколько она уже во Франции? Больше года? А все еще не может привести ни мысли в порядок, ни квартиру-студию, которую арендует. Однажды она целый выходной потратила на то, чтобы очистить мансардное помещение от многовековой пыли! Без магии не обошлось, потому пришлось закрыть небольшое оконце от любопытных глаз, зато после пятичасовых усилий это помещение можно было бы отдавать под балетный класс, устраивать вечеринки и все в этом же духе, но Рейчел ничего так и не сделала, только перенесла коробку с личными вещами. Позже девушка стала перемещать туда и завершенные этюды, которым не нашлось места на ежегодной ярмарке. К слову, все завершенные картины она продавала не дорого, а выручку всю отправляла в фонд поддержки британского квиддича. Только вот гоблины сдирали не малую долю при перерасчете, но что с них взять – еще те алчные существа. В итоге, Чемберс практически и не жила дома, только работала, приходила переодеться, перерисовать чьи-то каракули и перевезти подарки, в том числе и бесконечное число вин, которыми так гордилась эта страна.
[indent] - Поскольку я очень бедная художница, никто не покупает мои картины, а по вечерам я себя балуюсь дешевым вином, шучу, конечно, - опускает голову, будто повинуясь невидимому господину, резко поднимает и заливается смехом, разводит руки, - я так и не купила софу! Потому, дорогой путник, добро пожаловать на самый дорогой персидский ковёр, который я только смогла откапать в волшебном Париже! - Она так и падает на колени посредине гостиной с бокалом и бутылкой, утопая в густом ворсе. - Признайся, ты его даже не заметил, как я и в первый раз. Он волшебный, можешь хоть все мои запасы подарочного вина вылить - ковёр-алкоголик, зато впитывает все, хоть потоп устраивай. Но проверять это мы сейчас, конечно, не будем, урожай 56 года - рука не поднимается. - Долив полный бокал себе и Седрику, она пристраивает бутылку за пределы волшебного ковра на расстоянии вытянутой руки, улыбается каким-то своим мыслям, ему, вновь убирает волосы назад.
[indent] - Я тут все хотела узнать по поводу твоей конференции. Надеюсь это не настолько секретно? Какие темы и вопросы на этот раз? Знаешь, мне тут даже не с кем особо об этом поговорить. Все очень изменилось после войны. И чем дальше вперёд, тем абсурднее кажется мир. Я сейчас говорю про массовую магловскую любовь к псевдомагии. Они собираются, проводят какие-то неясные ритуалы, заявляют о себе публично... тошнотворное зрелище, скажу я тебе. Да и во всей этой суматохе изменилась сама магия. - Рейчел смотрит на свою свободную от бокала руку с каким-то недоверием, что легко можно прочитать у неё на лице. - Согласись, раньше все было так сложно, огромное количество заклинаний, а теперь сама аппарация не кажется чем-то сверхъестественным, заклинания стали больше вербальными, и это я ещё не беру в пример защитную и боевую магию. Что не так с этим миром? Люди... они начинаю играться в магию.

[icon]http://funkyimg.com/i/2CgQN.png[/icon][pers]<a href="ссылка">Рейчел Чемберс</a>, 21 год[/pers][info]Помощник директора арт-салона Del Art(e) в Париже; фонд поддержки сборной Англии по квиддичу[/info]

Отредактировано Rachel Chambers (13.02.18 09:48)

+1

15

Этот, казалось бы, совсем ненавязчивый жест, как легкое объятие за плечи, сделанный почти что на автомате, совершенно инстинктивно, наверняка, расцененный, как дружеский, в том числе, и им самим поначалу, теперь обжигал руку волнительным прикосновением. Подсознательно считая, что это восполнит ту нехватку тактильного контакта, на который он рассчитывал вначале встречи, сейчас Седрик довольно отчетливо начал осознавать, что это лишь разжигало большее желание быть с ней рядом, ощущать ее, не отходить, не отпускать. И это желание нарастало с каждым новым прикосновением, как снежный ком, стремительно катившийся с горы.
Краткое «спасибо» не требовало больше никаких лишних слов. Взглянув на Рейчел, Седрик понял, что что-то происходило с ней, и только легкий удар ее бокала об его заставил мужчину оторваться от больших светящихся глаз и допить изумительное вино до дна. Чувство легкости, спокойствия и умиротворения вместе с последней каплей в бокале окончательно завладели Седриком, но он все еще боялся откровенно признаться себе в своих мыслях, распознать сигналы, посылаемые телом. Тем более он абсолютно не верил в их обоюдность. А вежливость и гостеприимство, пусть и чуть запоздалые, не значили ничего кроме того, что обычно вкладывается в эти понятия.
Она первой разорвала контакт, забрав вино со стойки и оказавшись на середине комнаты. Седрик не сразу понял, что она задумала, но наблюдать за ней было безумно интересно. Стоя с застывшей полуулыбкой на лице, он понял, что объяснение не заставит себя ждать. И после ее слов Диггори осознал, чего именно не хватало в этой гостиной и почему она выглядела именно мастерской, а не местом отдыха. Здесь действительно не было софы или дивана, как сказала Рейчел, а потому она предложила присесть прямо на ворсистый ковер. Приглашений ему не нужно было, он бы и так устремился вслед за ней, опускаясь рядом на мягкий ворс. И узнав о способностях ковра впитывать все жидкости, а особенно о его пристрастии к алкоголю, Седрик не сдержал смеха, подойдя ближе к девушке. Сняв, наконец, обувь, которую она настоятельно просила оставить, а Седрик, наблюдая ее панику, покорно повиновался, он удобно утроился на ковре напротив блондинки, оперевшись локтем на согнутую в колене ногу.
- Я бы сказал, что ты не бедная, а пока что неоцененная художница. – Улыбнулся Седрик, когда Рейчел вновь наполняла их бокалы.
Но Чемберс хотела больше поговорить не о себе и своей профессии, а о том, что происходило в волшебном мире, и Седрик, очень удачно работавший в Министерстве, должен был, как никто, знать всю обстановку. Но волновало ее и то, что делалось в мире маглов, а конкретно, их нездоровая любовь к магии и стремление притворяться, что она в них есть. И больше всего ее тревожили чувствуемые ей перемены в самой магии. Седрик слушал ее внимательно и даже местами с очень серьезным видом, но в конце ее монолога он немного сочувственно и отчасти снисходительно усмехнулся.
- А мне мир кажется таким, каким он должен быть. Мы не можем быть отделены от маглов, это невозможно, а значит, нужно уметь адаптироваться, а в большинстве случаев лучше абстрагироваться. Мир меняется, но жизнь – это движение. И пусть уж лучше маглы тщетно пытаются стать магами вместо того, чтобы сжигать, как в средние века. Хотя зрелище отвратное, согласен. Правда, мне и не приходится жить среди них.
Седрик сделал небольшой глоток вина, незаметно проследив взглядом за изящными изгибами сидящей в непринужденной позе девушки. Это было одновременно и наслаждением, и мучением. Эстетическое блаженство и физическая пытка.
- А сама магия… - Диггори сделал небольшую паузу, будто, в задумчивости, легко подхватив пальцами покоившуюся у нее на колене ладонь, словно, изучая ее. – Магия всегда меняется внутри нас, вместе с нами. Она сильно зависит от нашего эмоционального состояния. И мне иногда кажется, что это раньше все было проще…
Седрик опустил ее ладонь обратно ей на колено, взяв бокал с вином той рукой, которой только что касался ее.
- Не то, чтобы играемся, но, скорее, мы теперь не придаем этому такое значение. Все теперь происходит на уровне интуиции, буквально на автомате. Мы просто не замечаем этого и пользуемся, не задумываясь. Просто мы повзрослели, думаю, все дело в этом.
А насчет конференции, нет, это не секретно. Это ежегодная встреча и будет проходить три дня, потому что тем для обсуждения бесконечное количество. Ну, вот, например, будет рассмотрен вопрос об учебе по обмену. Мир вокруг нас развивается стремительно во многом благодаря интеграции, обмену опытом. Наш же мир застыл, многие школы настолько изолированы, что уже давно пора внести что-то свежее и новое. Ты еще не устала от моей болтовни?[icon]http://funkyimg.com/i/2C4vk.png[/icon][pers]Седрик Диггори, 24 года[/pers][info]Сотрудник Британского филиала Международной конфедерации магов, Отдел международного магического сотрудничества, Министерство магии[/info]

+1

16

[indent] Череда прикосновений, от которых сжимается сердце, замедляет на миг свой бег, и, кажется, остаётся только реанимировать, прекращается. Сперва это было осознанное касание плеча, а затем на его пальцах лежала ее ладонь, и пусть в этот момент он что-то говорил, даже что-то важное - она была глуха, но отчетливо чувствовала энергию кожей, как если бы от этого зависело мироздание.
[indent] А все, что он говорил в последующие минуты, вернув ее руку обратно на колено, отзывалось в ней, играло, как вино в бокале, быть может и в ее уже слегка помутневшем сознании.
[indent] - Мне нравится, когда ты говоришь, мне нравится тебя слушать. - Признается она и мягко улыбается, заливаясь румянцем, запуская онемевшие пальцы в волосы, перебирая их, заставляя хоть чем-то занять руку, чтобы только не сделать лишних движений. - Нравится, что ты занимаешься серьезным делом, не стал разменивать свои таланты на пустое. Ты способен на многое, Седрик, кажется, я тебе это уже не раз говорила. Ты всегда защищал волшебный мир, в отличии от таких, как я. Ты жил и живешь им, это вызывает восхищение, - все ещё продолжает всматриваться в него, захлопывая тем самым дверцу клетки на замок - она попалась, охотник поймал ее, - а магия всегда была в тебе сильна, не ты управлял ею, как делали это остальные, в том числе и я, а магия была в каждой клеточке твоего тела, и это волшебство ни на миг не прекращалось. Быть может потому тебе и не совсем комфортно среди маглов, но это не имеет значения, когда ты целиком и полностью принадлежишь другому миру. Хотела бы и я полностью покориться ему, впустить в себя? Возможно. Но у меня не было такого шанса, тебе и самому известна история моей семьи. Это и было своеобразной преградой на моем жизненном пути. И сколько бы я не страдала сейчас здесь, почти сроднив себя с миром не магов, я все ещё верю, что и для меня в одно прекрасное утро встанет вот так вот солнце, как это произошло сегодня. - Самое болезненное, что может сделать человек самому себе - раскрыть свою душу настолько, чтобы не иметь возможности закрыть ее снова. Но не сказав всех этих слов, она бы и дальше продолжала жить в мире, где Седрик Диггори лишь вожделенная иллюзия, увиденная однажды на своём пороге, отголосок былой надежды, тоски по тому, чего и кого Рейчел была лишена. Будь она в то время несколько скромнее, менее упрямее, учась усерднее, ведя себя достойнее - все могло бы быть иначе? Ведь Седрик всегда выбирал кого-то другого, но не ее.
[indent] И теперь, в переливах воскресного солнца все это кажется таким незначительным, как и гуляющий в занавесках эфемерный ветер, сметающий прочь любые признания, что так и норовят слететь с языка. Только уже повторяться не хочется. То, что произносилось когда-то, что было важнее собственного существования, оставалось и по сей день захоронено.
[indent] Чем больше говорил он, тем менее болезненно чувствовала она себя, хоть хандра и не хотела так просто отступать, топталась поблизости, мешалась, но не уходила, заглушаемая алкоголем, становилась ещё более невыносимой.
[indent] Она тянется, чтобы убрать бокал и по неосторожности опрокидывает ведерко, которое оставила вместе с бутылкой у ковра. Собирать лёд с паркета, который тает со скоростью проезжающего по узкой улочке мопеда под балконом, нет смысла, остаётся только смириться со своей криворукостью, махнуть рукой и застенчиво улыбнуться - «не обращай внимания», она все приведёт в порядок, все уберёт, со всем справится, как это было всегда. Потому покорно возвращается в прежнюю позу, чувствуя, как затуманенная голова просит другого, и она подчиняется - опирается на его колено сперва рукой, а затем и вовсе склоняет на него голову, убирая волосы с лица, ложится рядом. Сегодня Седрик назвал ее подругой, так пускай выдуманные дружеские отношения и станут оправданием действий Рейчел.
[indent] Смотрит снизу вверх на мужчину, зачем-то протягивает руку и касается его лица: - Ты не изменился... почти. - На самом деле его лицо стало ещё красивее, чем раньше, выраженные скулы, полные губы, весь он теперь не мальчишка, что гонял ее за проступки, злился, нервничал, неся ответственность за дисциплину в школе, теперь красивый мужчина, и было очень странно не видеть рядом с ним такую же красивую...
[indent] Что до неё? Теперь он может упрекнуть ее только в ненадлежащей собранности и неаккуратности. Чемберс научилась держать себя в руках, язык за зубами, да, теперь она больше молчала, любила, когда говорят другие, делала все, согласно своим обязанностям и редко, когда шла против инструкций.
[indent] - Я тогда стала лучше учиться, - она нарочно пропускает уточнение «после твоего выпуска», - не сказать, чтобы у меня когда-либо были с этим проблемы, просто нужно было срочно постигнуть все в не очень и безопасных условиях. - Зачем она все это говорит сейчас? Даже ей не понять. Неужто настало время для более значимых слов, а она все ещё топчется вокруг прошлого?

[icon]http://funkyimg.com/i/2CgQN.png[/icon][pers]<a href="ссылка">Рейчел Чемберс</a>, 21 год[/pers][info]Помощник директора арт-салона Del Art(e) в Париже; фонд поддержки сборной Англии по квиддичу[/info]

Отредактировано Rachel Chambers (17.02.18 22:34)

+1

17

Неожиданно сам для себя Седрик вдруг осознал, что так и не научился понимать, что именно думает или чувствует Рейчел, находясь рядом с ним, разговаривая или слушая его. Ее поза была легка и непринужденна, а глаза смотрели спокойно, даже немного расслабленно. Он все еще искал подтверждение того, что она рада его появлению, не понимая, откуда в нем взялась эта внезапная мнительность и сомнение в себе. Эта неясное чередование безмятежности с тревогой начинало ему надоедать. Даже вино, которое закончилось во второй раз, не помогало избавиться от этого двойственного ощущения. Однако внешне он оставался совершенно непоколебимым. Этому научила его работа в Министерстве, которая не терпела проявления мгновенной и необдуманной реакции. А, может, он просто повзрослел и воспитал в себе эту сдержанность.
И снова ее голос звучал так ласково, опьяняя сильнее любого вина, внушая полное спокойствие и уверенность. Она говорила, что ей нравится его слушать, но, казалось, его слова совершенно не радовали ее. Он говорил о чем-то отвлеченном, а она делала свои выводы, озвучивая их и заставляя мужчину опустить глаза от невозможности смотреть на нее, не испытывая при этом неловкости. До этого момента Седрик и не думал, что его хоть чем-то можно смутить, но это то, что всегда умела делать Рейчел Чемберс. И дело было не только в том, что она говорила о нем, но и в том, как она рассуждала о себе. Какой бы определенной ни показалась ее жизнь с первого взгляда, теперь Седрик понимал, что это не так, и она не перестала разрываться между двумя мирами, не имея никакой возможности, а может, и сил, чтобы сделать однозначный выбор.
Седрик молчал. Он думал над каждым произнесенным ей словом, не понимая, что чувствовал при этом. В его натуре было испытать непреодолимое желание помочь ей словом, делом, простыми объятиями, но он не двигался с места и не произносил ни звука. Крайне редко кто-то вот так откровенничал с ним, при этом раскрываясь просто и ненавязчиво, совершенно не претендуя на какую-то реакцию. Это-то и вводило в замешательство. Он впервые за долго время не знал, что должен сделать и нужно ли вообще что-то делать. Но его размышлениям не суждено было найти хоть какое-то логичное завершение, ибо звук упавшего ведерка с рассыпавшимся подтаявшим льдом резко вырвал его из мысленного оцепенения. Но Рейчел не придала этому никакого значения, и Седрику это даже понравилось. Его всегда привлекала в людях способность не обращать внимание на какие-то мелочи, которые только отвлекают. И сейчас вместо того, чтобы кинуться убирать все магловским способом, девушка махнула рукой, вызвав тем самым одобряющую улыбку на лице мужчины. Только эта улыбка буквально застыла на его лице, как и весь он сам, стоило Рейчел снова коснуться его.
Ощущение ее пальцев на щеке пронизывало все его существо будто мелкими электрическими импульсами. И, казалось, каждый этот импульс рушил одну преграду за другой, заставляя Седрика полностью подчиняться тембру ее голоса, каждому движению ее руки, томному взгляду больших зеленых глаз. Он почти не изменился, зато изменилась она. Более взрослая, более спокойная, теперь от нее не нужно было ожидать чего-то чрезвычайного. Рейчел продолжила говорить о себе, что-то об учебе, но слова уже с трудом укладывались в сознании и доносили какой-то смутный смысл. Поставив пустой бокал куда-то за пределы ковра, Седрик лег рядом с Рейчел, почти касаясь ее головы своей. Сложив руки на груди, он начал разглядывать потолок.
- Мне было легче. – Начал он, не собираясь оправдываться или утешать, но желая сказать. – У меня все было определено с самого начала. У нас в семье никто не удивился моему распределению на Хаффлпафф, никто не сомневался, что я пойду работать по стопам отца. Точнее я сомневался, но так и не придумал ничего более подходящего. Условия, в которых ты живешь, имеют определяющее значение. Но… - Седрик повернулся лицом к Рейчел, легко коснувшись пальцами тыльной стороны ее левой ладони.
- Думаю, ты никогда не забудешь качества, которые ценила Ровена Рейвенкло? Ум, творчество, остроумие и мудрость. – С каждым произнесенным словом Седрик загибал по одному пальцу на ее руке, остановившись на указательном, после чего накрыл ее ручку своей ладонью, чуть сжав и уже не отпуская.
- Мудрость невозможности что-то поменять заключается в том, чтобы изменить к этому свое отношение. Мне казалось, ты не хочешь отказываться от одного мира в пользу другого.
[icon]http://funkyimg.com/i/2Cv74.png[/icon][pers]Седрик Диггори, 24 года[/pers][info]Сотрудник Британского филиала Международной конфедерации магов, Отдел международного магического сотрудничества, Министерство магии[/info]

+1

18

[indent] - Я бы многое отдала, чтобы жить такой жизнью, полной понимания и искренней заботы друг о друге. Я помню твоего отца, я видела тогда, насколько сильно ты дорог ему. Это ли не ценнее всего на свете? Когда тебя любят? Может это и к лучшему, когда твое будущее заранее предопределено тем, в какой семье ты родился и вырос, на что потратил свою юность, ведь тогда ты просто следуешь проложенному пути и все, что можешь сделать для себя – в нужный момент свернуть, но, так или иначе, будет точка возврата. И да, разрываясь между двумя мирами, ты вряд ли за свои годы придешь к определенности. Тебя будет разрывать, каждый будет тянуть на свою сторону и говорить, что только здесь трава зеленее, солнце ярче, а люди мудрее. В итоге, в лучшем случае, ты выберешь что-то одно, и хвала светилам, если ты не пожалеешь о своем выборе до конца жизни.
[indent] В этом философия жизни: кто-то находит себя сразу, а кто-то вынужден брести в потемках своей души и желаний, спотыкаться. Рейчел Чемберс спотыкалась. В первый раз это произошло с появлением письма из Школы. Она уже что-то знала от брата об этом месте, но не была уверена, что это ее, о чем не раз твердил отец, имеющий такое же отношение к магии, как и к австрийским оперным певицам. Период учебы: чуть ли не ежедневно она сталкивалась с сомнениями в собственной уникальности, пыталась перебороть комплексы и заявить о себе. Пусть и не так успешно, как рисовала в своем воображении, но не останавливалась и раз за разом доказывала себе, что она нужна волшебному миру. И чем сложнее и опаснее становился этот мир, тем усерднее она старалась его защищать, когда интеллектом, когда и физической силой. В итоге она устала не только морально, она сбежала сюда, в мнимую безопасность, в парижскую сказку с громким названием «я художник – я так вижу». Скрывалась, временами портя холсты невзрачными линиями, обрисовывая возможную точку возврата, добавляя багровый закат и тени на воде, подсвечиваемые огнями замка.
[indent] Точка возврата. Загибаемые пальцы на каждом слове: ум, творчество, остроумие и мудрость.
[indent] Точка возврата. Это когда взгляд скользит по идеально белому потолку, по идеально белым стенам, по висящей картине с изображением шторма на закате, купленной у седеющего художника в парке год назад. Перебегает с идеальной стены на идеальные контуры, а с них на идеальные черты знакомого лица.
[indent] - Я хочу вернуться. – Шепчет она, разгибая пальцы и этой же рукой, наклоняя к своему лицу его, чтобы все идеальное продолжало торжествовать в ее жизни. Жизни такой потерянной Рейчел Чемберс.
[indent] Жизнь только имитирует искусство. Здесь, в квартире-студии под номером «122», искусство обретало себя, невообразимое многим известным артистам. Оно жило своей идеальной жизнью, полной драмы, чувственности и незримой, притаившейся тоски. Здесь было тихо, даже слишком тихо для места, в которое хотя бы через окно должны доноситься звуки улицы.  Оглушающая тишина. Пустой коридор, пустая мансарда, почти опустошенная бутылка  на полу рядом с лужей от растаявшего льда.
[indent] Она немного приподнимает голову, с особой осторожностью касаясь его волос рукой, притягивая все ближе к себе, ближе к губам, которые все еще помнят обжигающий винный вкус.
[indent] Это и была точка возврата.

[icon]http://funkyimg.com/i/2CgQN.png[/icon][pers]<a href="ссылка">Рейчел Чемберс</a>, 21 год[/pers][info]Помощник директора арт-салона Del Art(e) в Париже; фонд поддержки сборной Англии по квиддичу[/info]

Отредактировано Rachel Chambers (20.02.18 00:39)

+1

19

Седрик не понимал, что случилось, в какой момент их разговор приобрел такой серьезный оттенок, что именно он сказал не так, что Рейчел теперь меланхолично рассуждала о невозможности как-то изменить свою жизнь, которой она, как оказалось, довольна не была. У него уже возникали подобные ощущения, когда Чемберс впервые открылась ему, но тогда он был мальчишкой, который и о себе-то толком позаботиться не мог, не то, чтобы предложить что-то существенное другому человеку. Но теперь он был взрослым и самостоятельным, не должен был ни перед кем отчитываться, он был волен поступать так, как ему заблагорассудится. И слушая мерный голос девушки, рассуждавшей о том, как хотелось бы ей иметь что-то определенное в жизни, ясно видеть путь, по которому следовало бы идти, Седрик испытывал непреодолимое желание взять ее и просто забрать отсюда, оставив все, кроме ее волшебной палочки и изображения Хогвартса на холсте. Он всегда считал, что волшебник должен принадлежать миру магов и жить в нем. Эти миры хоть и не отделимы друг от друга, все же должны существовать как можно более изолированно. И только привычка и проведенное в магловском мире детство не давали ей полностью покинуть его. Но сама она была предназначена другому. Есть нечто более сильное, чем осознанное решение, и это было врожденное волшебство, которым природа наделяет не просто так.
Может, все это было лишь рассуждениями в голове Седрика, его личными убеждениями, которые он сам себе внушил. Может, на самом деле, нет никакой надобности так строго делить людей, и каждый волен жить в том мире, в котором ему лучше. Вот только Рейчел, сделав свой выбор, не была здесь счастлива или как минимум спокойна. И Седрик уже знал, что скажет в следующую минуту. Он непременно предложил бы Рейчел поменять все. И сделал бы это не голословно, а предложил бы помощь. Он жил один, у него было полно времени, и он вполне мог потратить его на благоустройство дорогого ему человека. И удивительным было то, что Рейчел в тот же миг озвучила очень похожую мысль. Она хотела вернуться, и это было самой лучшей новостью, что он слышал в последнее время. Возможно, его присутствие, как отголоска ее прежней жизни, и дало этот толчок, но сейчас нужно было зацепиться за это и воспользоваться шансом, чтобы дать ей возможность стать, наконец, самой собой в присущей ее природе стихии.
В тот самый миг Седрик ощутил себя победителем. Он готов был ликовать и радоваться переменам, к которым смог склонить самую упрямую в мире девушку. Но он не двигался с места, не шевелился, завороженный гипнотизирующими зелеными глазами, которые смотрели не отрываясь. Он легко дал ее ладони выскользнуть из-под своей руки, так же легко она коснулась его лица, затем волос, заставляя сердце пропустить удар или два. Этот взгляд, этот тянущийся жест было невозможно с чем-то спутать. Только сейчас сам Седрик понял и принял свое непреодолимое желание коснуться ее губ. Ему, как всегда, потребовалось слишком много времени, чтобы разобраться в себе, в своих желаниях. С момента, как она впервые дотронулась до его плеча там на балконе, все в нем перевернулось, но он усердно закрывал на это глаза, не желая думать о том, чего быть совершенно не может. Но что им мешало? Что держало его теперь, когда тело так рвалось к ней. А душа уже несколько недель была не на месте с момента, как он узнал о поездке в Париж. И нет, он не хотел, чтобы она снова целовала его первой. Он должен был дать понять ей и себе самому, что это его желание.
Приподнявшись на локте, Седрик развернулся к Рейчел, которая от неожиданности снова оказалась на спине. Свободной рукой перехватив ее ладонь, которой она касалась его волос, он медленно, не отрывая взгляда от глаз девушки, положил ее себе на шею, после чего коснулся пальцами ее нежной щеки. Ему хотелось посмотреть на нее еще чуть-чуть, запомнить выражение ее лица. Мягким движением проведя по ее волосам, поправляя их и заводя ладонь ей на затылок, Седрик приблизился к ней. Склонившись над лицом Рейчел с полузакрытыми глазами, он медлил, тянул, предвкушал, но не сомневался. Чуть сжав пальцы на ее шее, он сократил оставшиеся между ними миллиметры, накрыв ее губы своими. От этого прикосновения дыхание перехватило так, если бы он вдруг разучился дышать. Но он готов был задохнуться, лишь бы не прерывать это волнительное ощущение ее мягких губ, которые податливо отзывались на его неторопливые движения. Кровь резко прилила к голове, застучав в ушах, а ноги, казалось, онемели, но все это меркло, вытесняемое наслаждением от возможности, наконец, быть так близко к ней.
[icon]http://funkyimg.com/i/2Cv74.png[/icon][pers]Седрик Диггори, 24 года[/pers][info]Сотрудник Британского филиала Международной конфедерации магов, Отдел международного магического сотрудничества, Министерство магии[/info]

+1

20

[indent] Рейчел никогда не давала себе шанса быть мягкой, слабохарактерной, всегда и во всем пыталась быть первой, лидером, ведя за собой, впутывая в самые опасные авантюры, с возрастом становилась хладнокровнее в ответственные моменты. Все, чтобы никто не мог ранить глубже, чем она сама себя. И сейчас, окунаясь в тепло его глаз, щурясь от света, исходившего от него, она, будучи в здравом рассудке, пусть и слегка охмелевшем, наносила себе один за другим ножевые ранения в области сердца, проходя по старым шрамам, по рукам, что имели свою отдельную от разума волю касаться его. Девушка едва дышала, чувствуя, как сужаются легкие в одну сплошную.
[indent] Рейчел, к своему несчастью не давала себе забыть все, что было связано с Диггори, облегчить страдания, скрасить юношескую драму, взяв краски и нанести несколько слоёв поверх пережитых эпизодов. Ни разу она не сделала шаг, расправившись с внутренними демонами, что пожирали ее. Седрик не знал этого, но даже здесь, вдалеке от дома, от мест, в которых навсегда притаилась его тень, она все это время жила им, лелея свою боль и тоску. Казалось, радуйся своей спокойной жизни, наслаждайся молодостью, привлекательностью, положением в обществе, которое было гарантировано ещё с рождения благодаря статусу отца и... живи мгновением, каждым нём, новым рассветом, беги, пока есть силы бежать, пока почва под ногами все ещё тверда, а воздух чист и прозрачен. Но, увы, это же была она – Рейчел.
[indent] Ещё никогда в жизни ей не хотелось настолько сильно причинить себе боль, снова впуская в свою жизнь Седрика, делая вид, что замешкалась ещё там, в коридоре; и после, извлекая из нижней полки массивного дубового шкафа одну за другой бутылки с дорогим вином, делясь фрагментами из своей новой жизни, рассказывая все эти курьезные ситуации, в которые попадала по случайности.
[indent] В тишине, но в шорохе названной гостиной ее голос звучит едва уловимо: - У меня большие неприятности, - шепчет она, чувствуя кожей, как расстояние между ними сокращается вдвое, - я вряд ли смогу остановиться. - Но он уже не слышит ее, затягивая все дальше и дальше, не позволяя отвлечь себя, не позволяя хоть чему-то встать у него на пути. Он делает это нарочно, вытесняя все шансы девушки сделать первый шаг, который не раз давался ей легко и самоуверенно, стоило им остаться наедине.
[indent] Но в этот день все было иначе: они оба стали другими, другая страна,  да и теперь каждый волен распоряжаться своей жизнью, как ему вздумается, независимые, но все ещё смелые и дерзкие в своих желаниях. И если ее желанием было поцеловать его, коснуться губами хотя бы клеточки его тела, то в нем читалось большее, что-то давно забытое старое и в завершении исключительно новое. Потому она боялась не угадать его желаний, потому всецело, наконец, доверилась, поддалась: Седрик сам вел ее уже расслабленную руку, не отрывая взгляда, в котором читалась уверенность и не было места сомнениям. Это было впервые, невзирая на то, сколько раз они были в подобном пограничном состоянии; когда Рейчел казалось, что она хочет от него всего и сразу, а Диггори размышлял, тянул, не позволяя торопиться, но всегда отвечал на ее девчачьи поцелуи, и все равно вселяя уверенность, что только ОНА хотела этого – эдакая игра в поддавки. Теперь уже она была всецело в его власти, даже в легком прикосновении его руки к щеке, в ожидаемом, но медленном поцелуе.
  [indent] Рука соскальзывает с его шеи на спину, цепляется пальцами за футболку, в такт каждому движению губ она прижимается все ближе, и с этой близостью приходит очевидность – то, чему она не позволяет слететь с губ, будучи беспомощной в его объятиях, безмолвной, в то время как в голове настойчиво звучит одна и та же мысль.
[indent] Птичка притихла в своей клетке, она больше не стремится коснуться крыльями неба, она забыла, как летать, да и зачем вообще нужны ей крылья. И если сейчас Седрик разорвет поцелуй, то вряд ли она скроет от его всевидящих глаз правду.

[indent] Вот только они забыли кое-что…
[indent] в прихожей раздается звонок, а затем и настойчивый стук в дверь.

[icon]http://funkyimg.com/i/2CgQN.png[/icon][pers]<a href="ссылка">Рейчел Чемберс</a>, 21 год[/pers][info]Помощник директора арт-салона Del Art(e) в Париже; фонд поддержки сборной Англии по квиддичу[/info]

Отредактировано Rachel Chambers (20.02.18 00:39)

+1

21

Какая магия исходила от Рейчел Чемберс каждый раз, что Седрик терял голову, совершенно забывая себя? Она всегда имела особое воздействие на него. И всегда это было умопомрачительно, захватывающе. Он либо утрачивал рядом с ней спокойствие, начиная злиться, либо лишался воли, поддаваясь ее чарам, а теперь осознанно не мог оторваться от ее сладостных губ, совершенно не имея возможности объяснить себе, что он делает. И в то же время он отчетливо понимал, что делает, что собирается сделать и что обязательно сделает. В себе Диггори никогда не трудно было разобраться. Он мог поддаться искушению, но никогда не переступил бы черту, которая отделяла его от возможности повернуть все вспять, если он не уверен или уверен в том, что не готов справляться с последствиями. Так он и поступал в прошлом, не желая связывать себя какими-то излишними обязательствами, отвечать за которые готов не был. Но теперь он четко знал, что ему нужно. И это была она. Насколько долга будет эта уверенность? Минутное ли это наваждение или это было тем, к чему он так долго шел? Обо всем этом он не думал, убежденный в том самом моменте, как ни в чем за последнее время. Какие-то несколько часов в чужой стране дали ему больше, чем несколько лет на родине.
Но что двигало ей сейчас? Ведь она тоже тянулась к нему. Этот вопрос всплыл лишь раз, растворившись в затуманенном разуме, который был не способен в тот момент рассуждать. Все его существо было направлено лишь на то, чтобы нежно касаться пленительных губ блондинки, словно, пытаясь впитать ее вкус, пресытиться им. Но каждое следующее движение лишь порождало новую волну желания не останавливаться. Ее настойчивые объятия, стремительно сокращавшие между ними расстояние, начинали сводить с ума, заставляя терять самообладание и углублять поцелуй подобно тому, как их тела становились все ближе, уже плотно соприкасаясь. Ладонь спустилась от шеи по плечу, пробираясь ниже и ощущая под крупной вязкой свитера плавные изгибы ее тела, затем скользнула между спиной и мягким ворсом ковра, с силой прижав девушку к телу. И этого было мало, бесконечно мало. Ему хотелось буквально раствориться в ней.
За всем этим он не обратил внимания на звонок, который звучал откуда-то из прихожей. Как из-под толщи воды до него, наконец, донесся настойчивый стук в дверь, который, судя по всему, продолжался уже какое-то время. Первой мыслью Седрика было игнорировать и не открывать, но стук становился все отчетливее и точно вырывал цепкими лапами из неги, заставляя Седрика остановиться. Оторвавшись от магнетических губ Рейчел, он обреченно улыбнулся, коснувшись лбом ее подбородка. Приподняв голову, мужчина, уже широко улыбаясь, посмотрел Рейчел в глаза.
- Подрамники?
И не дожидаясь ответа, он, взяв девушку за руку, начал подниматься с пола, одновременно утягивая ее за собой. Она ушла открывать дверь, а Седрик подошел к балкону, где все так же валялось ведерко в луже воды и стояла бутылка с остатками вина на дне. Взяв ее, он отпил прямо из горла в попытке утолить жажду и успокоиться. Одним взмахом палочки он убрал с пола лужу, после чего поставил ведерко обратно на стойку. Обычно он не ощущал себя комфортно в чужих домах, но здесь, в жилище Чемберс, ему было спокойно и уютно, даже несмотря на творческий беспорядок.
Когда Рейчел вернулась, видимо, оставив свою посылку в прихожей, то застала Диггори стоящим спиной к ней и с пустой бутылкой в руке. Обернувшись, он так ласково улыбнулся, будто не видел ее еще шесть лет. Поставив бутылку рядом с ведерком, он двинулся ей навстречу.
- Я не отвлекаю тебя ни от чего важного? Ты уверена, что я не мешаю? – Спросил мужчина, легко, будто невзначай касаясь нижнего края ее свитера. Собираясь в гости без предупреждения, он был готов к тому, что у хозяйки дома могут быть свои дела, и после внезапного визита эта мысль снова пришла ему в голову. Хотя теперь он не готов был так просто уйти, даже если бы она попросила.
[icon]http://funkyimg.com/i/2Cv74.png[/icon][pers]Седрик Диггори, 24 года[/pers][info]Сотрудник Британского филиала Международной конфедерации магов, Отдел международного магического сотрудничества, Министерство магии[/info]

+2

22

[indent] Что она хочет? Она хочет стянуть, наконец, с него футболку, чтобы ничто не препятствовало путешествию кончиков пальцев, запоминающих все на своём пути. Сперва бы она следовала линии позвоночника, спускаясь все ниже и ниже, но долго бы не концентрировалась на этом, ведь рука молниеносно перешла бы к самой интересной части, которая сейчас, казалось, была неотделима и от неё самой.
[indent] Звонок и последовавший за ним стук в дверь прерывает самый сладкий поцелуй в ее жизни - почувствовав, как губы Седрика отдалились, Рейчел неосознанно начинает хныкать, как маленькая девчонка, у которой отобрали законное лакомство. Но спустя секунд пять приходит главное осознание - кто-то настойчиво ищет её внимания.
[indent]  - Я им сейчас устрою! - Угрожает блондинка, наспех оттягивая вниз край свитера и поправляя волосы.
Будучи уверенной в том, что она получит свои подрамники, Рейчел распахивает дверь, заготовив в голове гневную речь о халатности и неуважении к её личному времени.
[indent] - Мадам Розье?! - Рейчел удивленно хлопает ресницами, вовсе не собираясь скрывать свои эмоции, вызванные внезапным появлением хозяйки.
[indent] - Cherie!* - Симпатичная женщина сорока пяти лет в костюме малинового цвета и чёрных замшевых туфлях на шпильке принимается вовсю расцеловывать девушку, как давнюю знакомую, на что Чемберс только и успевает, что подставлять обе щеки. Говорит Розье с очаровательным британским акцентом, поскольку не один год прожила в пригороде Лондона, довольствуясь своей размеренной жизнью с возлюбленным по имени Генри, пока тот в один майский день не умер от сердечного приступа. Эту историю Рейчел доводилось слышать не раз, только вот подробностей становилось все больше и больше, пока однажды за чашкой чая хозяйка не разревелась от собственных слов.
[indent] - Мне казалось, вы отправились в Марсель к своей mama!
[indent] - Там сейчас очень жарко, это плохо сказывается на моем здоровье и внешнем виде, - улыбается Розье, кончиками пальцев касаясь декольте, - да и я ждала письмо, думаю, оно уже у тебя.
[indent] - En fait**... да, - девушка тянется за стопкой конвертов, теми самыми, что разлетелись по ее неаккуратности утром, - простите, мадам Розье, но я сейчас не одна. На днях обязательно зайду после работы и принесу хорошего вина. - Взяв письма из рук, хозяйка понимающе кивает головой и прощается, так и не переступив порог. 
[indent] Курьерской службе сегодня везёт меньше всего. Они хоть и опоздали на часа три, но успели до того, как Чемберс простилась с мадам Розье. Она не француженка, чтобы прощать подобное, как истинной британке ей дорого личное время, она достаточно пунктуальна и не привыкла прощать подобное. Потому, не проронив ни слова, она рассчитывается с работниками купюрами из заднего кармана джинс, забирает посылку и также молча хлопает перед ними дверью.
[indent] - Надеюсь, на сегодня я свободна от чужого внимания. Хочу, чтобы все оно принадлежало тебе. - Заверяет Седрика блондинка, отмахиваясь от провокационных вопросов мужчины, который слишком галантен и слишком аккуратен с ней. Ее настроение колеблется между отметками «превосходно» и «я знаю, что нужно мне в данный момент», а сама она восхищенно заглядывает в глаза мужчине, улыбаясь и с некой осторожностью касаясь его руки. - Я не позволю тебе уйти! - Восклицает она и тянется к щеке, на которой едва проступает щетина. В отличии от предыдущего эмоционального контакта, это больше напоминает невинный поцелуй, которым она заверяет собственные слова и чувства.
[indent] - Кажется, сегодня тот день, когда мы должны решить, что хотим друг от друга. - С этими словами она подходит к стойке, открывает ещё одну бутылку, только теперь обходится без льда; не меняясь в лице, пододвигает указательным пальцем бокал в сторону Диггори.
[indent] - Как по мне, мы слишком долго с этим тянули. - Без тоста, без особой торжественности она вновь пытается затуманить своё сознание. На всякий случай.

*дорогая (фр.)
**вообще-то (фр.)

Отредактировано Rachel Chambers (21.02.18 20:16)

+2

23

Свои вопросы Седрик задал, скорее, из вежливости, в своей привычной манере быть учтивым и воспитанным. Хотя делал он это совершенно неосознанно, без всякой подоплеки, можно даже сказать, искренне. Однако, в этот раз он готов был услышать только одно, - что Рейчел совершенно свободна для него и ничто другое сегодня не сможет занять ее внимание. И она ответила почти так же, почему-то делая акцент именно на нем и на том, что нужно было ему. Но это было и не важно. Утром она уже предложила ему остаться на весь день. А то, что было несколькими минутами ранее, только укрепило его уверенность в ее словах. Седрик улыбнулся в ответ, абсолютно довольный развитием событий, а нежное прикосновение руки в подтверждение ее слов окончательно обезоружило мужчину, опьянив гораздо сильнее вина.
Седрик не помнил, когда испытывал подобное в последний раз и испытывал ли вообще когда-либо. Это чувство было сродни детской эйфории, когда кажется, что все реально, все возможно и нет ни единой преграды для достижения цели, которую ты ясно видишь и отчетливо чувствуешь. Сейчас мысли в его голове сменялись с молниеносной скоростью, но то, что он чувствовал, было неизменным. Рейчел озвучила одну из этих мыслей, принявшись за вторую бутылку. Седрик готов был сравнить это вино с веритасерумом или зельем храбрости. От этого ему еще больше захотелось быть предельно серьезным и трезвым, чтобы отвечать на не менее серьезные вопросы, но рука машинально потянулась к предложенному бокалу. Ее откровенность была, как всегда, неожиданной и совершенно сбивающей с толку. Но не в этот раз. Ни один мускул не дрогнул на его лице, ни одно сомнение не посетило его сознание. Казалось, вопрос только позабавил его, - довольная улыбка поползла по лицу, заставляя глаза лучиться светом.
Взяв бокал со стойки, Седрик молча сделал полукруг по комнате, один или два раза пригубив вино и бросив в сторону блондинки пару наблюдательных взглядов. Вернувшись к Рейчел, он зашел со спины, остановившись позади. Поставив бокал на стойку, он медленно, еле касаясь провел пальцами от шеи, вдоль позвоночника, до поясницы. Сделав полшага вперед, он все еще не касался девушки, но уже чувствовал ее тепло.
- А по мне, это было ровно столько, сколько нужно. Мы неплохо разогрелись… - Седрик коснулся кончиками пальцев ее опущенных вдоль тела рук, начав плавное движение от ладоней, по предплечьям, поднимаясь к плечам и смыкая ладони на ее шее. Мягким движением он убрал в сторону волосы, открыв затылок, после чего, еле уловимо коснулся губами ее шеи.
- Ты уже думала об этом? – Тише, чем раньше, проговорил Седрик, склонившись к ее уху и обжигая дыханием оголенную шею. – Думала о том, чего хочешь ты? Нынешняя ты.
Пальцы, обвивавшие ее тонкую шею, снова скользнули ниже, пройдя по лопаткам, спустившись вдоль ее талии и замерли на бедрах. Спустя секунду Седрик уже плотно прижимал ладони к бедрам Рейчел, в том же темпе притянув ее к себе и, наконец, соприкоснувшись с ней телами. Коснувшись лицом ее пушистых волос, Седрик закрыл глаза, желая насладиться этим моментом. Он совершенно не знал, что она скажет или сделает в следующую минуту. Он никогда этого не знал, не мог предугадать и даже пытаться не хотел. Ему нравилась эта ее непредсказуемость. И даже когда она делала что-то очень непонятное, он готов был это принять, интерпретировать, адаптироваться. Он осознал, что все это время ему и не нужно было понимать, ему достаточно было чувствовать ее. И сейчас он готов был даже к тому, что она молча выйдет из комнаты, оставив его одного. Даже такое больше не повергло бы его в шок или бессилие. Он готов был ответить на любой ее вопрос, сказать любую правду. Но в то же время ему хотелось услышать правду от нее. И узнать ее новое мнение обо всем этом. Ибо его мысли и чувства сегодня просто перевернулись.
[icon]http://funkyimg.com/i/2Cv74.png[/icon][pers]Седрик Диггори, 24 года[/pers][info]Сотрудник Британского филиала Международной конфедерации магов, Отдел международного магического сотрудничества, Министерство магии[/info]

Отредактировано Cedric Diggory (23.02.18 21:59)

+2

24

[icon]http://funkyimg.com/i/2CFKm.png[/icon][pers]<a href="ссылка">Рейчел Чемберс</a>, 21 год[/pers][info]Помощник директора арт-салона Del Art(e) в Париже; фонд поддержки сборной Англии по квиддичу[/info]
[indent] В какой-то момент она пожалела о серьёзности своих намерений поговорить о них двоих. Не забыла упрекнуть в сердце себя такую глупую и безнадёжно наивную, которая ждала, что Диггори не замешкавшись, раскроется перед ней. Но этого снова не произошло и тогда она начала злиться на свою мечтательную натуру. Ей ведь на какую-то долю секунды показалось, что он пришёл к ней неспроста, что он возьмёт и уведёт её подальше от этой жизни полной мрака и одиночества, признается, что у него все-таки к ней какие-то чувства! Но и этого не произошло. Он все также молча наблюдал за ней, а она все глубже погружалась в бездну своего тихого отчаянья.
[indent] Слова о «разогреве» не могли не смутить - едва Седрик произнёс их, как она тут же спрятала свой взгляд, уткнувшись в картину напротив стойки все с тем же штормом, чувствуя, как сама превращается в разбушевавшуюся стихию, не способную совладать с собой и своими «хочу». Приглушает это глотком вина в этот раз безо льда, отчего в её сознании появляется занятная мысль - увы, на трезвую голову она никогда бы не пришла к подобным выводам. Эти двое - он и она - не раз начинали эту игру, не раз доводили её до кульминации, которой так и не суждено было случиться. А теперь он приезжает внезапно и вовсе не собирается держать свои руки при себе - чтобы это не значило с его стороны, теперь ее очередь думать, хочет она этого или нет. Потому все последующие слова Седрика она упрямо игнорирует - порой так сложно сконцентрироваться на самой себе, особенно в тот момент, когда мужчина движется в ее сторону, стоит позади… и тогда она забывает, как думать, но знает наверняка, как чувствовать. И она чувствует его и своё волной нахлынувшее желание.
[indent] Движение его рук по её рукам вверх было плавным, а дыхание едва ровным, с переменной сбивчивостью, как раз в те моменты, когда губы касались её, обжигали кожу, но вместе с тем дарили незабываемое наслаждение, от которого не то, что мурашки просыпались, а вырывался едва слышимый стон. С каждым оставленным поцелуем на шее, Рейчел постепенно отказывалась от всего: сперва от своих мыслей о невозможности быть с Диггори, о его нежелании быть с ней до конца, от всего, что стояло между ними. И пока его руки уверенно направлялись к самой разгоряченной точке на её теле, девушка едва сдерживалась, чтобы случайно не сказать лишнего. Ее пальцы, обхватывающие короткую ножку бокала, соскочили, вцепились в угол стойки как раз в тот момент, когда мужчина самоуверенно прижался к ней. Рейчел опустила голову, зажмурив глаза, но её губы шевелились, будто в бреду, она горела вся, начиная от волос, в которых сейчас блуждало его дыхание, заканчивая каждым дюймом кожи, где эти двое соприкасались.
[indent] Все в том же бреду она находит его пальцы своими, полностью обхватывая ладонь своей и направляет от внешней стороны бедра к внутренней, но не останавливается, чтобы не дать волю другим импульсам, а следуя иному пути: запускает ладонь под свитер и движется вверх, пока пальцы не упираются в белье, а затем аккуратно не отодвигают его в сторону.

+2

25

Думал ли Седрик, когда собирался в Париж, что может случиться что-то, хоть отдаленно напоминающее происходившее в тот момент? Думал ли он, что это странное желание встретиться с Рейчел, увидеть ее, узнать, как она живет, было его тайным и нераспознанным влечением к ней? Или оно возникло только сейчас, сиюминутно? Нет, это было невозможно. Седрик никогда не был спонтанным, никогда не следовал внезапным мыслям и идеям, которые впервые посетили его сознание. Это было в нем давно, но он усердно прятал это где-то глубоко на задворках своего ума, не позволяя детским глупостям вылезти наружу. А свое стремление встретиться с блондинкой он объяснял себе совершенно отвлеченными причинами, искренне веря в них. Как же он был глуп. Но тем и лучше.
Все эти рассуждения проходили где-то на периферии сознания, наделяя мужчину все большей уверенностью и убежденностью в правильности происходящего. Но чем было для нее все это? Он не видел ее лица, не мог прочесть в ее глазах реакцию на его слова и действия. Он мог лишь почувствовать, как замерло ее тело, словно, прислушиваясь к его прикосновениям. Мог заметить, как смочила она пересохшее горло глотком вина в момент, когда он дотронулся до нее сзади. Мог услышать ее несдержанный выдох, когда целовал ее шею. Наконец, мог ощутить, как встрепенулась она, когда он прижался к ней, сам на секунду засомневавшись в реальности творившегося. И этого было достаточно, чтобы понять, - это и был ответ на его вопрос. Конечно, она думала. Возможно, так же неосознанно, как и он. Возможно, чаще и серьезнее. Ибо тот поцелуй не мог быть простой случайностью или игрой разбушевавшегося воображения после выпитого вина, и ее тело не могло так искусно обманывать.
Когда он почувствовал на своих руках ее ладони, то расслабил пальцы, поддавшись ее манипуляциям и полностью подчинившись ее действиям, которые были красноречивее любых слов, понятнее любых ответов. Ощутив, как его ладони плавно перемещаются вперед, неотрывно повторяя изгибы тела, Седрик жадно вдохнул, поняв, что все это время не дышал. Ее уверенные руки не остановились, продолжив свое движение выше, забравшись под свитер, увлекая ладони мужчины, которые теперь ощущали под собой горячую плоть вмиг покрывающегося мелкими мурашками живота. Однако и на этом девушка не остановилась, продолжив восхождение, сменяя чувство осязания упругого живота на еще более волнительное ощущение мягкости ее груди. В этот самый момент Седрик склонил голову ближе к лицу Рейчел, прильнув губами к виску, плавно скользнув ниже, оставляя дорожку из неотрывных поцелуев на скуле, касаясь мочки уха и находя свое пристанище на тонкой шее. Не изменяя темп движения своих ладоней, которые теперь действовали независимо от рук блондинки, он нежно ласкал ее трепещущее тело, наслаждаясь пьянящим запахом ее кожи.
Истосковавшись по ее губам, Седрик незаметно высвободил одну ладонь, скользнув ей через широкий ворот свитера, вдоль шеи, коснувшись ее подбородка, чтобы повернуть ее лицо к себе. Оторвавшись от шеи, Седрик прильнул губами к губам Рейчел, вновь вовлекая ее в долгий и уже более требовательный поцелуй, сжимая пальцы у нее на затылке, ускоряя и углубляя его. Но и этого казалось невыносимо мало. А свитер уже начинал раздражать, и казалось, что ему становилось жарко именно от него. Не размыкая губ, Седрик опустил обе руки на талию Рейчел, одним ловким движением развернув ее лицом к себе, после чего уверенно схватился за уже растянутый край одежды, потянув его вверх.
[icon]https://cdn1.savepice.ru/uploads/2018/2/23/3d0c7c3f1ab1f7754f4801ddf68f8c9a-full.jpg[/icon][pers]Седрик Диггори, 24 года[/pers][info]Сотрудник Британского филиала Международной конфедерации магов, Отдел международного магического сотрудничества, Министерство магии[/info]

Отредактировано Cedric Diggory (24.02.18 15:44)

+2

26

[icon]http://funkyimg.com/i/2CFKm.png[/icon][pers]<a href="ссылка">Рейчел Чемберс</a>, 21 год[/pers][info]Помощник директора арт-салона Del Art(e) в Париже; фонд поддержки сборной Англии по квиддичу[/info]
[indent] Когда его руки самостоятельно находят скрываемую под тонкой кружевной тканью грудь, её голова вновь поддаётся вперёд, отчего светлые волосы ложатся покрывалом на её лицо, путаясь в ресницах, полуоткрытых губах, не скрывающих наслаждение, но все таких же молчаливых. Хоть его движения осторожные, аккуратные, но в какой-то момент становятся настойчивее, отчего она вся превращается в один сплошной заряд, намагниченная его решимостью и не желающая, чтобы процесс познания её тела прекращался.
[indent] Ему мало, мало этой близости - она уверена в своих суждениях, срываясь на громкий вздох и открывая зажмуренные глаза. Все, что предстаёт её взору - тонкие пальцы, которые снова пытаются вжаться в поверхность стола, полосы солнца, пробивающегося через эфирные полотна на окнах. Должно быть, скоро время обеда. Странно было бы думать об этом в такой напряжённый, но сладостный момент. Однако, если пролистать все произошедшее за последние часы, то можно определить, в какой именно отрезок времени все стало таким важным и сложным; таким, как его поцелуи, оставленные на шее, на скулах, везде, до чего он смог дотянуться и обжечь, не отрывая рук, будто боясь, что она может уйти, держа её, но все ещё оберегая и мягко отдавая своё тепло. Даже найденные им ее губы не остались без внимания, истосковавшиеся по его. Единственное, что терялось - взгляд, ведь она отчетливо понимала, что стоит ей вновь взглянуть в его глаза, как слова не заставят себя ждать, она признается, она во всем сознается... во всем. И пока эта мысль не спешила уйти из сознания, Седрик, как специально, заставил посмотреть на себя, повернув её к себе и посмотрев каким-то слишком очарованным и возбужденным взглядом, отчего губы Рейчел зашевелились и она едва слышно зашептала то, что оберегала весь сегодняшний день:
[indent] - Будь моим... - Слово «наконец» затерялось в тишине, она слепо уверовала, что он и без него поймёт всю суть. Но он лишь молча потянул её свитер вверх, оставляя перед собой такую беззащитную, не способную больше ни о чем другом думать, только как о его губах, как скоро они вновь покроют её поцелуями. - Будь моим! - Уже настойчивее повторяет она, обхватывая Седрика и цепляясь руками в футболку. В эту же секунду они аппарируют вдвоём на ковёр по центру студии - расстояние хоть было небольшим, но Рейчел чувствует, как у неё слегка кружится голова, ноги сами подкашиваются и она падает в тепло густого согревающего ворса. Руки девушки тянутся горизонтально вверх, блаженно потягиваясь, она наблюдает снизу, как Седрик вроде бы решается ответить на её слова, прозвучавшие дважды. Она хочет и не хочет слушать, знать, что в этот раз уготовано ей. По факту, она слишком устала тянуться к Диггори и получать раз за разом отговорки, будто это так сложно, наконец, сказать ей «вот ты влюблена, а я нет». И пускай прозвучит как пощечина, зато она, быть может, после неё сможет двигаться дальше.

Отредактировано Rachel Chambers (24.02.18 13:50)

+2

27

Смысл слов, сначала звучавших, как просто набор звуков, не сразу дошел до сознания, затуманенного непреодолимым желанием полностью избавить блондинку от одежды. Но зрительный контакт, вновь восстановленный прежде, чем Седрик успел приподнять край свитера, быстро отрезвил рассудок, буквально припечатав к полу, от чего руки так и замерли с подолом из крупной вязки, зажатым между пальцев. Такого взгляда на лице Рейчел он не видел никогда. Глаза смотрели в упор, наполненные решимостью, даже требовательностью. Ладони императивно схватились за футболку, но Седрик не успел что-то сказать или предпринять. Через мгновение всестороннего сдавливания, чему причиной стала аппарация, они уже стояли посреди комнаты на том самом ковре, где они сегодня впервые поцеловались. Рейчел, не желая оставаться рядом с ним, - именно так он это воспринял, опустилась на мягкий ворс, распластавшись на нем, и выжидающе посмотрела на него.
Слова Чемберс снова прозвучали в голове, заставив всмотреться в ее лицо, чтобы понять, насколько она была серьезна, когда произносила их. Насколько сильно ей нужен был этот ответ, а главное, что она предпримет, если он ответит не так, как ей хотелось бы. Седрик действительно растерялся, не считая, что в принципе правильно предлагать подобное. Ведь никто не предлагает отношений, они рождаются сами собой, начинаются с незначительного, развиваясь и углубляясь постепенно. И никто вначале не смог бы точно сказать, что он будет ее, или она будет его. Да, несколько минут назад он был полностью уверен в своем желании быть с Рейчел, был убежден в том, что заберет ее домой, чего бы это ему ни стоило. И сейчас, стоя и смотря на девушку, которой нужен был четкий ответ, он не ощущал никаких сомнений и не отказывался мысленно от своих же убеждений. Но ему было очень странно говорить об этом так, как видела это она. В то же время, Диггори полностью понимал все, что происходило в душе у Рейчел. Зачем ей какие-то мимолетные отношения, заскочившего спустя шесть лет знакомого парня, который покинет ее город через три дня? Да, она взрослая и ни перед кем не должна отчитываться, но все же она должна будет отвечать за содеянное перед самой собой. И Седрик очень уважал это в ней и был даже благодарен за эту паузу, за то, что она решила внести ясность. Ведь и сам Седрик не был из тех, кому так легко прыгать из постели в постель, ничего не чувствуя, кроме эгоистичного желания удовлетворить свои сиюминутные потребности. И он рад был, что свитер остался на блондинке, и почти ничто не мешало здравым рассуждениям.
Лицо его было спокойным, на нем не было ни разочарования, ни раздражения, но была некая задумчивость в чуть сдвинутых к переносице бровях. На секунду выставив вперед ладонь, он как бы попросил ее оставаться на месте, а сам двинулся к барной стойке, на ходу потирая лицо, будто, пытаясь взбодриться и снять лишнее напряжение. Взяв оба бокала, он вернулся к все еще лежащей на полу Рейчел и сел сбоку от нее. Но задумавшись, он не стал вручать ей бокал, поставив оба на пол за пределы ковра. После этого он взял ее ладонь обеими руками, поднеся ее к лицу и, закрыв глаза, нежно прильнул к ней губами. Не выпуская ее ладони, он опустил руки к себе на колени, наконец, взглянув в большие зеленые глаза.
- Мне кажется, я был твоим с той самой прогулки по Лондону. Ты спросила, почему я один, и я не понимал вплоть до этой самой минуты. Они все были не похожи на тебя.
Седрик отвел взгляд, посмотрев в сторону, откуда исходил солнечный свет, чуть сощурившись от яркости, и, улыбнувшись, опустил глаза. Казалось в тот момент он что-то вспоминал.
- Я не знал, зачем пришел. Я совершенно ничего этого не планировал, даже не подозревал. – Мужчина перевел улыбающийся взгляд на Рейчел. – Но стоило мне увидеть тебя, я начал понимать, что именно меня тянуло сюда.
Ему не хотелось говорить громких слов, не хотелось придумывать что-то. Седрик хотел быть искренним, ведь именно это и нужно было Рейчел. Но он тянул с полным откровением. Он боялся, что это может показаться неправдоподобным, ненастоящим, что она просто не поверит ему.
- Я больше не хочу оставлять тебя… - Прошептал он, вместо того, чтобы сказать, что без нее он из этой страны не уедет.
[icon]http://funkyimg.com/i/2C4vj.gif[/icon][pers]Седрик Диггори, 24 года[/pers][info]Сотрудник Британского филиала Международной конфедерации магов, Отдел международного магического сотрудничества, Министерство магии[/info]

+2

28

Nouveau chapitre*

[indent] Во французском языке это называется la réponse c’est l’amour – любовь как ответ. Какие ответы рассчитывала она получить? Пусть все ее последние слова исходили из самых глубин души, но она не ожидала, что Седрик будет настолько серьезен. Он мог ведь пошутить, посмеяться, или лечь рядом и продолжить наслаждаться тем, что у них лучше всего получалось за последние три часа. Но нет, он решился дать такие вожделенные для нее ответы. Сразу же после первой реплики она приподнялась, опираясь на локти, лицо стало серьезным, как никогда – сведенные брови, суженные в линию губы, такие тревожные глаза, что едва-едва  видела, что происходило прямо перед ней, все пришло в движение, помутнело. И лишь резкое движение пальцев на переносице вернуло ей сознание.
[indent] Ответы, как оказалось, могут быть болезненными. Болезненнее, чем их отсутствие. Казалось, она должна быть счастлива услышать все это, но почему-то не может совладеть с собой и хотя бы приободряюще улыбнуться. Теперь, когда весь ее мир сузился до одного единственного человека, потребность в кислороде увеличилась вдвое. Что значили его последние слова – она не могла до конца понять. Каким же образом он не собирался «оставлять» ее? Он собирался остаться? Вряд ли. Собирался ли забрать ее с собой? Возможно.
[indent] Рейчел поднимается с ковра, пытается дышать ровнее, спокойнее, что ей весьма хорошо удается. Она молча протягивает свою руку ему и, только когда Седрик дотрагивается до нее, крепко сжимает пальцы, а сама поворачивается в сторону прихожей, ведет его по узкому коридору к белой двери с деревянной ручкой. Замок делает оглушительный щелчок, она пропускает мужчину внутрь одним жестом руки, отпуская его ладонь.
Это была спальня, та самая, вся белоснежная: с белым паркетом, белыми стенами, белыми простынями и покрывалом, белыми шторами и множеством не белых сумок и чемоданов на полу, что, конечно, не могло не вызвать удивления, непонимания.
[indent] - Если бы ты приехал на два дня позже, то уже не застал бы меня. – Отвечает она, все еще находясь за его спиной. – Ты бы стучал, но уже никто не ответил. На какое-то время я собиралась уехать домой, подумать, возможно, собраться с силами и уехать в Штаты. Вместе с письмами я отдала сегодня хозяйке деньги за аренду и небольшую прощальную записку от меня. Все картины будут готовы к выставке, завтра я отвезу их в галерею, разошлю все приглашения, и больше меня здесь ничто не держит. Да и в Англии, я думала, тоже. Но это оказалось не так. – Она обходит мужчину, пробирается через стоящие везде сумки, подходит к одной из них и извлекает из бокового кармана свою волшебную палочку. – Я хотела, чтобы все это вернулось в родительский дом. Это все принадлежит Англии. – Рейчел садится на край кровати и уже с улыбкой смотрит в сторону Седрика, понимая, что все это звучит слишком абсурдно, слишком внезапно, хотя к своему решению она шла ни один день.
[indent] - Твое появление все изменило, в какой-то момент я засомневалась в самой себе, в том, что делаю все правильно. И теперь, было бы неправильно скрывать это от тебя. Я все еще та потерянная Рейчел Чемберс, которую ты знал, в которой мало, что изменилось. И всегда будет очевидным одно – то, как сильно я тебя любила и люблю до сих пор.

*новая глава (фр.)
[icon]http://funkyimg.com/i/2CFKm.png[/icon][pers]<a href="ссылка">Рейчел Чемберс</a>, 21 год[/pers][info]Помощник директора арт-салона Del Art(e) в Париже; фонд поддержки сборной Англии по квиддичу[/info]

+2

29

Hello, it's me
I was wondering if after all these years you'd like to meet
To go over everything
They say that time's supposed to heal ya
But I ain't done much healing. (с)

Еще некоторое время назад Рейчел сама говорила о том, что им нужно определиться с их отношениями, которые никак не могли закончится, так толком и не начавшись, вселяя смятение и растерянность обоим. Несколькими минутами ранее она дала четко понять, чего хочет от него, и Седрик был уверен, что дальше разговор пойдет сам собой, и все станет настолько легко и просто, что ничто уже не омрачит сегодняшний день. Но нахмуренные брови блондинки не предвещали никакой легкости. Мужчина так и не смог определить, расстроили ее его слова, или она просто не ожидала услышать их так же, как и он не ожидал с утра, что скажет что-то подобное. Она молчала в ответ, заставляя улыбку Седрика постепенно сползать с лица, а взгляд становиться более напряженным.
Он не торопил ее с ответом, позволяя вести себя за руку в другую комнату, совершенно не понимая, что она хотела ему показать, но доверяясь и следуя за ней. Через пару мгновений они оказались в слишком светлой спальне, белый цвет убранства которой, казалось, был призван успокаивать воображение после трудных рабочих дней художника. Оглядывая стены, Седрик не сразу заметил упакованные сумки на полу, совершенно четко говорившие о скором переезде хозяйки этой самой спальни. Мужчина переводил растерянный и непонимающий взгляд с одного чемодана на другой, пытаясь в голове восстановить все пробелы, которые теперь ярко зияли во всем происходящем. И голос Рейчел, раздавшийся у него за спиной, не преминул дать ответы на все интересующие его вопросы. Собиралась ли она сказать ему это до его объяснений или не планировала вообще сегодня поднимать эту тему, но выяснилось, что Рейчел не намеревалась оставаться в Париже дольше, чем на два дня. Она уже завершила все свои дела, собрала вещи, которые должны были отправиться в Англию, а сама она все-таки всерьез думала о Штатах. Все это никак не хотело укладываться в сознании, казалось каким-то глупым, совершенно нелогичным и ненужным. А когда она достала свою палочку из кармана одной из сумок, то Седрик невольно сделал шаг назад, будто, не веря в то, что она действительно хотела расстаться с ней и уехать в другую страну за океан без своей родной палочки. Шум застлал его уши, и Диггори лишь несколько раз принимался что-то сказать, открывая рот, словно рыба, выброшенная на берег, но не произнося ни звука.
Однако последующие слова Рейчел, произнесенные с какой-то обреченностью в голосе и грустью в глазах, полностью поменяли все настроение, перевернули все мысли, снова заставили посмотреть на блондинку с трепетом и желанием уберечь от всего плохого, что только было в этом мире. Но больше всего ему хотелось уберечь ее от самой себя и от того, какие непоправимые решения она была на грани принять. В то же время ему хотелось защитить ее от самого себя за то, что чувствовал свою причастность к ее потерянности. Но ноги сами повели его вперед, аккуратно обходя хаотично стоящие сумки. Оказавшись рядом с Рейчел, Седрик присел перед ней, уперевшись в пол коленями. Аккуратно, еле касаясь, будто боясь сделать больно, он обхватил ладонями ее колени и заглянул ей в лицо снизу вверх.
- Прости меня… - Прошептал он, поддавшись внезапному порыву, крепче сжав ее колени. – И если ты действительно еще не решила, действительно сомневаешься, я готов предложить тебе совсем другую альтернативу.
Седрик опустил голову, коснувшись лбом ее колен, замерев так на несколько секунд, будто собирался с мыслями и обдумывал то, что скажет, а потом снова посмотрел в лицо блондинке новым, более уверенным взглядом.
- Я не дам тебе никаких обещаний, не представляю, как все будет, но с уверенностью могу сказать одно. Англия - твой дом, волшебный мир – твой дом, тебе не нужно ехать в Штаты, чтобы быть счастливой или понять, кто ты. И если ты останешься со мной, то я буду стараться делать все, чтобы ты чувствовала себя дома.
Седрик усмехнулся, на секунду отведя взгляд, но потом снова вернув его большим зеленым глазам.
- Собирался обойтись без обещаний. Но это то, чего я хочу. И это то, чего ты заслуживаешь – почувствовать себя самой собой, полюбить это чувство и не пытаться больше сбежать.
Говорить то, что она нужна ему, что он хочет быть с ней, было бы слишком эгоистично после ее признания. Говорить в ответ ей о любви было бы тоже глупо, ведь Рейчел не легкомысленная девица, готовая поверить всему, что ей только хочется услышать в ответ. Но слова так и вертелись на языке, застревая в горле комком и не смея вырваться наружу.
[icon]https://cdn1.savepice.ru/uploads/2018/2/23/3d0c7c3f1ab1f7754f4801ddf68f8c9a-full.jpg[/icon][pers]Седрик Диггори, 24 года[/pers][info]Сотрудник Британского филиала Международной конфедерации магов, Отдел международного магического сотрудничества, Министерство магии[/info]

Отредактировано Cedric Diggory (26.02.18 19:28)

+1

30

[indent] Она следит за каждым его движением, за тем, как он всячески пытается преодолеть, переступить через груду вещей на полу, чтобы стать ближе, как он садится перед ней на колени и извиняется. Ей так хочется обнять его всего-всего, сказать, что это совсем нелепо – он ни в чем не виноват, это все она, это все ее вечное недовольство жизнью, разгром в мыслях.
[indent] Рейчел не сомневалась в своих чувствах ещё с момента их первого поцелуя. Ведь люди не целуют других людей просто потому, что напуганы, или им грустно. Нет, потому что у них какие-то чувства, а все другое - полнейшая чушь. И если кто-то для вас открывает своё сердце, чтобы сказать «я люблю тебя», то это не от скуки, а потому что к вам действительно есть чувства. И когда будучи уже пятнадцатилетней девчонкой Рейчел признавалась в любви, то не от скуки, не от страха или грусти, а потому что она верила этому чувству в себе и позволяла медленно, но верно разрушать себя, как это всегда бывает от отсутствия взаимности. И если мы порой жалеем, что отдали своё сердце и свои чувства не в те руки, то Рейчел никогда не сомневалась ни в себе, ни в Диггори. И пускай он всегда относился к ней с долей отстранения, не позволяя копаться в душе, не раскрываясь перед ней, то она прощала ему подобное, ведь никто не заставлял её влюбляться именно в Седрика! И это были определенно её проблемы, потому винить в отсутствии ответных чувств она никого не могла. И сейчас она была готова ко всему, но никак не к тому, что услышала в последующие минуты.
[indent] - Не извин… - не успевает договорить она и положить руку ему на волосы. Будто почувствовав ее стремление все как-то загладить, он поднимает на нее полный надежды взгляд и говорит все то же самое, что и когда-то во время их прогулки по январскому Лондону, то в этот раз звучит такое желанное «останешься со мной», а все последующие слова она уже не слышит, цепляясь только за одно «со мной». Сперва она даже не замечает, как слезы маленькими дорожками падают ей на джинсы, ему на руки, которые все еще обхватывают колени и не позволяют ей почувствовать себя отстраненной. Только заметив это предательство от самой себя, вытирает глаза рукавом свитера, выпускает палочку из руки, которая катится сперва по покрывалу в сторону и падает на пол с характерным звуком. 11 дюймов, лавр и жила дракона. А вместе с покрывалом и она сползает на паркет, садится рядом с Седриком, запускает руки сперва ему в волосы, притягивая его лицо к своему, касаясь губами щек, лба, век, а потом уже обнимает всего, скользя ладонями ниже и кладя голову на плечо.
[indent] - Домой, так домой, Сед, - шепчет она и отстраняется, чтобы посмотреть мужчине в глаза, - я вот совсем не знаю, чем занять себя в Англии. Пойти, что ли в Косой попробовать себя в качестве модели для новых мантий мадам Малкин - она всегда меня забавляла своими рассказами о кройке и шитье. Или буду продавать мороженое. Нет, это уже перебор. - И снова это серьезное выражение лица, с которым она слушала признание. Хоть она все это время и шутила, лишь бы не чувствовать горького привкуса правды, но она стала слишком взрослой за последние годы, за последние полчаса, чтобы и дальше бежать от страха. - Я снова попробую подать прошение в ВАДИ, на этот раз мне будет, что им продемонстрировать, будет славно, если я узнаю эту систему изнутри, пойму что к чему, а затем попытаюсь все привести в порядок, наученная горьким опытом и работой французского министерства. Возможно, и я могу быть полезной английскому обществу, помимо почитаний традиций своей родины. - И вот тогда, на последних словах, ей становится легче, все плохое, кажется, отступает, уступая дорогу возможному будущему. Только посмотрев страху в глаза и заручившись поддержкой дорогого ей человека, она ещё на дюйм смогла выбраться из болота своего одиночества и безнадёжности. Мечты и планы показались ей в это самое мгновение спасительным глотком воздуха для утопленницы - у неё появилась надежда, и не зря сегодня солнце освещало Париж, нет, вовсе не из-за конференции... для нас солнце встаём по другим причинам, и такие солнечные дни стоит ценить и всегда вспоминать в пасмурную погоду.
[icon]http://funkyimg.com/i/2CFKm.png[/icon][pers]<a href="ссылка">Рейчел Чемберс</a>, 21 год[/pers][info]Помощник директора арт-салона Del Art(e) в Париже; фонд поддержки сборной Англии по квиддичу[/info]

+1


Вы здесь » HP: Hidden Swimming Pool » Resurrection Stone » 2001, never enough (18+)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC