HP: Hidden Swimming Pool

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HP: Hidden Swimming Pool » Elder Wand » 19.04.95, И давай не думать, что закончится рассказ


19.04.95, И давай не думать, что закончится рассказ

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Дата и время событий:
19.04.95, после уроков
Место:
Хогвартс, заброшенный класс
Участники:
Hermione Granger & Theodore Nott

Пора переходить к действиям. Гермионе интересно посмотреть, чем занимается Теодор в своём тайном местечке, есть о чем поговорить, ведь после встречи в Больничном крыле прошло почти две недели. Пролетели Пасхальные каникулы и ребятам есть, чем поделиться.

визуализация

https://wmpics.pics/di-N3XS.gif

https://b.radikal.ru/b26/1810/7c/ef229c2441b6.jpg

https://c.radikal.ru/c08/1810/86/5f9fc8324d62.jpg

https://wmpics.pics/di-Q1ED.gif

И давай не думать, что закончится рассказ -
Лучшее из средств от безысходности..
Что ещё осталось? Что смогу тебе отдать?
Одно лишь сердце, но зато без срока годности. (с)

Отредактировано Hermione Granger (11.10.18 07:44)

+1

2

Вернувшись в комнату для девочек после уроков, Грейнджер рухнула на кровать. День был довольно тяжелым, но к счастью все домашнее задание было подготовлено Гермионой наперёд. Гарри и Рон бурно обсуждали Турнир, квиддич, а Гермионе захотелось вновь пойти в библиотеку. Друзья закатили глаза, когда Грейнджер объявила им о своём желани. Гермиона надулась и отправилась в свою комнату, чтобы выложить лишние книги. Школьная сумка была слишком тяжелой.
Разглядывая потолок со звёздами она вдруг вспомнила о Теодоре. Он предлагал ей присоединиться к нему в его занятиях. От неожиданной мысли она подскочила с кровати, раскрылась сумку и достала чистый лист пергамента. Окунув перо в чернильницу она приступила к письму.

Привет, Тео!
Как проходит первая неделя обучения после каникул? Если твоё предложение «по средам» ещё в силе, то я с удовольствием к тебе присоединюсь. Если ты по какой-то причине их отложил или отменил, то можем встретиться сегодня в библиотеке, часов в 8. Буду рада увидеть тебя.
P.s. Надеюсь, ты отлично провёл каникулы и набрался сил для получения новых знаний!
Г.Г.

Гермиона аккуратно запечатала конверт, и спустилась в гостиную. Собственную сову девочке так и не удалось завести, поэтому необходимо было либо идти в совятник, либо попросить у однокурсников воспользоваться их птицей. На удачу ей подвернулся второкурсник, который читал письмо из дома за столиков недалёко от камина. Сова его сидела рядом, ухая от удовольствия, когда мальчик поглаживал ее по пёрышкам. Гермиона уточнила, может ли она отвлечь его любимицу на несколько минут, на что мальчик дал согласие. Гермиона привязала послание к лапке и выпустила птицу в окно.
Увлечённая собственными мыслями о том, что ее вечер может стать очень интересным, девочка вновь поднялась в спальню. Аккуратно разложив книги по полкам, она полюбовалась результатом своей работы. Чтобы не терять время на безделье, девочка открыла учебник по зельям. Однако через пять минут чтения она заметила, что совсем не видит текста. В голове роется масса вопросов. А вдруг Теодор передумал? Прошло ведь уже две недели с того момента, когда им последний раз удавалось поговорить. И то в присутствии Малфоя. Гермионе натерпелось рассказать о том, что она с родителями посетила Италию, обогатилась культурной маггловской Историей, как нашла невероятно интересную книгу по Рунам в Косом переулке.
Ожидание ответа слизеринца затянулось. Со злостью она закрыла учебник и, нахмурившись, поднялась, взяла сумку и уже собиралась выходить из комнаты, когда в окошко постучалась та же самая сова с привязанным к лапке посланием.

Отредактировано Hermione Granger (10.10.18 22:53)

+1

3

Конец учебного года приближался шагами великана, и драгоценное время ускользало сквозь пальцы песком. Правда не все однокурсники поддерживали Теодора в его затеи поднажать на учебу и добиться победы в межфакультетном соревновании. Ребята оттягивали подготовку к экзаменам, все еще раскачиваясь после каникул, занимая свои головы чем угодно - от разговоров о квиддиче до рисовании карикатур на Поттера. В итоге, после предложения юноши подготовиться к занятиям у Снейпа на следующую неделю приятели подарили ему многозначительные взгляды, тем самым вежливо послав его в гущу Запретного Леса в логово к оборотню.
- Потом сами будете вздыхать, что не хватает времени, черти эдакие, - Теодор раскланялся и удалился из гостиной с забитой до предела школьной сумкой. Ноги сами принесли его в ставший третьим домом заброшенный кабинет - место для знаний, для творений, для искусства. Он тащил туда все, что могло быть полезным, все, что считал занимательным, от новоприобретенных книг до старенькой гитары. Помещение становилось все более заполненным и уютным, превращаясь скорее в личные апартаменты. Если бы Филч додумался засунуть туда свой нос, то был бы удивлен, какие грубые нарушения скрылись от его глаз. Небось хватил бы бедолагу припадок на старость лет, вот уж одолжение сделал бы Теодор для других студентов.
В коридоре его нагнала незнакомая сова с конвертом, запечатанным явно рукой перфекциониста. Неужели Драко решил составить ему компанию? Нотт присел на подоконник с зачарованным окном, откуда открывался вид на школьную поляну и озеро, несмотря на то, что то были подземелья. Он с точностью до дюймов вскрыл письмо вдоль изгиба ножиком для пергамента. То была изящная ручная работа с деревянной ручкой и высеченным инициалами T. A. N. - отцовский подарок на Рождество. С тех пор Тео носил ножик всюду с собой и не мог удержаться лишний раз покрасоваться с ним перед однокурсниками. Почерк в письме правда был совсем не малфоевский, да и инициалы говорили сами за себя.
- Гермиона..., - шепот в пустом коридоре сорвался с губ.
С их последнего разговора прошло несколько недель. Если можно было назвать разговором ту странную ночную встречу на троих в Больничном Крыле. Они с Драко успели разобраться с шутником, да так, что тому пришлось случайно провести каникулы в постели из-за случайно выпитого зелья (своим изобретением Нотт гордился) и по глупости полученных травм. Однокурсники несчастного подтвердили, что тот иногда бывало через чур увлекался не особо удачными экспериментами, а определенные травы могли вызвать не только галлюцинации, но и заставить нанести урон самому себе. Одним словом, месть была сладкой, красивой, умной, достойной слизеринцев. С Грейнджер они так и не пересеклись - ни до каникул, ни после. За это время Тео, сколько бы не таращился в окно в ожидании совы, не получил ни одной записки от девушки, решив, что его предложение было таким образом отклонено. Возможно, в тот вечер в библиотеке он сам выдумал какую-то душевную близость между ними? Может быть, гриффиндорка просто напросто показала в очередной раз свое благородство и вежливость? Нотт был задет, несколько раз на Пасху срывался было к чернилам и перу, пытался написать письмо, но гордость не позволяла отправить. Исписанные пергаменты летели один за другим в камин. Он даже успел закрутить роман со старшекурсницей-гриффиндоркой (трижды "ха"!), но обоим было понятно, что интрижка не могла перерасти во что-то большее. Новое знакомство и новые ощущения от первого поцелуя и ночи с женщиной помогли пережить те дни, что тянулись резиной без возможности хотя бы мельком увидеть Грейнджер на завтраке, перед уроком, в тени библиотеки, на парах в компании рыжего недоразумения и очкастой знаменитости. Он настолько привык к ее присутствию, пусть и далекому, что расставание оказалось куда более тяжелым, чем он мог себе представить.
Теодор хотел было смять ненавистное письмо, но пальцы сами бережно свернули его в аппликацию в виде голубки, и письмо нашло свое место во внутреннем кармане мантии. Она хотела его видеть, и этого было достаточно, чтобы отодвинуть гордость на второе место. Что если у Грейнджер действительно не было времени на переписку? В конце концов, она уезжала к семье, и, наверняка, хотела провести с ними время. У грязнокровок-то обычаи другие, небось, да и Теодор никогда не задумывался, каково маглам отпускать своих одиннадцатилетних чад из дома.

Добрый вечер, Гермиона Грейнджер!
Твоя весточка стала приятной неожиданностью. Значит, слухи врут, и гриффиндорцев не съели акромантулы по дороге в Хогвартс. В силе ли мое предложение? Кодовое слово - "всегда". Ты найдешь меня в подземельях. Между классом Зельеварения и нашей гостиной есть еще один коридор, уводящий в сторону. Порядковый номер двери соответствует отсутствующей руне в мэнской письменности. На пароле будет стоять та самая магловская забава.
До встречи.
Т. Н.

P.S.: не топай слишком громко перед кабинетом нашего декана - спасать от отработок не буду.

Он по привычке аккуратно выводил буквы, как в детстве, когда над ним стоял преподаватель по каллиграфии. Полюбовавшись на свой труд, юноша скрутил письмо в трубочку (к сожалению, конверта в сумке не нашлось) и привязал к лапке недовольно ухающей совы, которой, видимо, надоело ждать нерасторопного слизеринца. Получив послание, птица улетела в противоположную сторону, а Теодор отправился в кабинет, не забыв осмотреться по сторонам и наложить на дверь защитные заклинания с паролем. Он не был параноиком. Он просто любил порядок и уединение.

+1

4

Гермиона ринулась к окну, чтобы получить заветный ответ. Она отвязала с лапки совы послание, благодарно погладила птицу по голове и отпустила. Развернув письмо, Гермиона не смогла скрыть улыбки. Если бы Теодор видел сейчас ее лицо, то непременно отпустил бы забавную колкость, или бы записал на свой счёт очередную улыбку гриффиндорки. Она пробегалась глазами по строчкам и не могла поверить, что все это происходит на самом деле. Зашифрованный пароль, доступный только им, который связывает их незримой нитью, нумерологическая загадка, которая интересна лишь ей, ведь правильный ответ она знает.
Девушка аккуратно складывает письмо и убирает его в чемодан, на дно, чтобы оно случайно не выпало и не потерялось. Почему то возникло желание сохранить его. Аккуратный ровный почерк, чётко выведенные буквы грели лучше, чем камин в пасмурный день. Улыбка не желала покидать девушку, даже когда она выходила из спальни, покидая гриффиндорскую гостиную.
Она спешила в подземелье, быстро сбегая по зачарованным ступенькам и пробегая повороты. Оказавшись совсем близко к кабинету зельеварения она приостановилась. Ей не хотелось попадаться на глаза посторонним, ведь это могло закончиться лишними вопросами и пересудами. Последних девушке хватало с лихвой, поэтому она на цыпочках повернула в нужный коридор. Здесь было темно, ни школьников, ни преподавателей. Краем глаза она увидела движение впереди и вжалась в стену. В нескольких метрах от неё проплыл Кровавый барон, который был увлечён беседой с самим собой и кажется не заметил девочку. Грейнджер затаила дыхание и ждала, когда призрак скроется в стене или за поворотом.
Когда путь снова был свободен, она отправилась дальше. Неудивительно, что помещения были заброшены. Находиться здесь было жутковато. Наконец она нашла нужную дверь, на которой красовалась цифра шестнадцать. Глубоко вдохнув и выдохнув, она взялась за ручку, тихо прошептала название «бутылочки» и вошла в класс.
Освещение было тусклым, но даже при таком свете стало очевидным, что старый класс жил своей жизнью. Он совершенно не был похож на сухое место, где стоят голые парты. Это было убежище, обжитое, уютное, совсем в стиле своего хозяина. Гермиона рассматривала предметы, которые наполняли комнату. Она вошла, закрыв за собой дверь. Сразу Теодора она не заметила, она озиралась по сторонам, впитывала атмосферу, которая одновременно со страхом неизведанного - завораживала. Она оборачивалась, разглядывала вещи, принесённые сюда Теодором. Сейчас ей стало ещё очевиднее, насколько интересным человеком был Теодор. Вдруг на нее обрушилась правда, которую она пыталась скрыть от самой себя. Она действительно скучала по нему эти пару недель, не осмелясь написать ему пару строчек. Она боялась осуждения и колкостей Нотта, боялась, что он может подумать, будто бы она запала на него. Гермиона была к этому не готова и все время откладывала встречу. Оказавшись же в Хогвартсе она поняла, как сильно вновь хотела увидеть загадочного слизеринца, снова поговорить с ним.
Крутясь на одном месте, разглядывая потолок, она наткнулась на Теодора, который, оказывается стоял за ее спиной, сохраняя молчание. Гермиона вздрогнула, но не отвела взгляда с карих глаз, которые пронзали, и кажется видели ее насквозь.
- Ой, прости, - говорит девочка, улыбаясь слизеринцу, - я тебя не заметила. Очень рада видеть тебя. Я просто засмотрелась на это чудесное место. Тут просто необыкновенно, Тео, - говорит она, снова оглядываясь по сторонам. От глаз девушки не крылась даже гитара, которая смотрелась здесь органично. - Неужели ты ещё и играешь? Сколько же у тебя талантов? - она снова смотрит на него, тепло улыбаясь. И снова ощущение, что все на своих местах.

+1

5

Теодор умел ждать. Длительное, монотонное ожидание не вызывало в нем нервных подергиваний ногами, что нередко раздражало однокурсников. Он мог часами сидеть на одном месте, уставившись в противоположную стену стеклянным взглядом. Он был одним из немногих, кто не сбегал с занятий, когда преподаватель задерживался дольше положенного или отсутствовал, оставаясь на своем месте до звона колокола, сообщающем о перерыве. В детстве Нотт-старший даже отправил мальчика на консультацию с колдомедиком, когда заметил столь несвойственное для его возраста поведение. Как-то раз Тео отсидел в углу министерского кабинета весь рабочий день отца без движения, листая одну из поистине скучных даже для взрослого волшебника книг по магическому законодательству. Колдомедик отклонений и заторможенности в развитии не обнаружил, наоборот, отметив повышенный интеллектуальный потенциал ребенка.
Терпение Теодора было несгибаемым и непоколебимым, что выводило из себя окружающих во время споров, когда они слышали откровенную скуку в его голосе и лицезрели безмятежность в каждом движении. В случае с Грейнджер самообладание и выдержка давали сбой. Привычная система рушилась на глазах. Нотт измерял шагами периметр кабинета, насчитав 35 по диагонали и 27 в длину. Он прислушивался к звукам в коридоре, подобно животному во время охоты, но, кроме скрипучего ворчания Кровавого Барона, ничего не было слышно. Почему она снова закралась в его мысли, вырвала из реальности своим письмом, заставила успокоившееся сердце вновь колотиться, как ненормальное? Зачем она расшатала его равновесие невыносимым ожиданием, будто специально натягивая минуты на сломанную гитару? На девятнадцатом шаге раздался шепот пароля, и дверь распахнулась перед носом юноши, позволяя урагану с копной все тех же непослушных волос ворваться в его жизнь. Он даже не сомневался, что она правильно разгадает его шифр. Гермиона - умная девочка. Не зря Теодор ее выбрал.
В полумраке помещения гриффиндорка не сразу заметила хозяина, а Нотт не спешил появляться в свете свечей. В этот момент он понял, насколько сильно не хватало ее присутствия. Он наблюдал за ней из тени, пока девушка, раскрыв рот, осматривала комнату. Он сомневался, понравится ли его новой подруге слизеринская мрачная обитель, но неприкрытый восторг и блеск любопытства в глазах развеяли его страхи. Тео ловил и запоминал каждое движение Гермионы, стараясь навсегда вырезать их в памяти, чтобы часть ее оставалась с ним даже после их расставания, когда пути разойдутся не в разные, а в противоположные стороны.
- Неудивительно, людей обычно настораживает моя невидимость и незаметность, но ты, кажется, не испугалась слизеринца с мрачной репутацией, теряю навыки, однако, - складка между бровей разгладилась, и на лице четверокурсника появилась самая обыкновенная юношеская улыбка, будто он встретил того же Драко на вокзале после каникул, или же Дафна потащила его в Косой переулок за новой мантией. - Полегче, не все комплименты сразу, иначе что ты будешь делать с моей взлетевшей самооценкой? Двух Поттеров этот мир не выдержит.
Теодор сделал шаг навстречу из тени и протянул ладонь для рукопожатия, слегка склонив голову набок и вполне миролюбиво глядя на девушку. Она ничуть не изменилась за эти недели, разве что в глазах было еще больше рвения и азарта, словно она, как и он сам, с нетерпением ждала Хогвартса и начала занятий.
- Играю, пою, танцую... Но это не таланты. Это хобби. Гриффиндорцы вон во внеурочное время зарабатывают отработки. Я же предпочитаю тратить свободные часы на саморазвитие, - Нотт трепетно относился к искусству в любом его проявлении, имея потребность наслаждаться прекрасным в той же степени, что и создавать его. Он привык брать для себя лучшее, при этом стремился сам к идеальному образу. Идеальность означала многогранность с одинаково высокими достижения во всем, к чему бы он не прикоснулся. Иначе не стоило браться. Поэтому он не играл, например, в квиддич. - Располагайся, осматривайся, но не бери пример с УизЕла и в рот что попало не тащи... А то противоядие есть еще не ко всему. Трупы кроликов тому доказательство. Шутка... ну-у, почти. Рассказывай, как ты провела время? Дай-ка догадаюсь... О! Я побуду Треллони. Мисс Грейнджер все каникулы не вылазила из учебников и сделала домашние задания на два месяца вперед?
Теодор ухмыльнулся и подмигнул гриффиндорке, подходя к рабочему столу, где лежали ингредиенты для работы над зельем, которое он оставил в замороженном состоянии перед отъездом домой. После случая с Драко он задался целью создать мазь против ожогов без этого характерного запаха лазарета и трав, от которого тянуло проблеваться, но что-то пошло не так. Он уже которую неделю ломал голову над тем, где допустил ошибку, потому что отвар хоть даже и в незавершенном виде залечивал ожоги, но вызывал при этом глупый смех.
Он задумчиво оперся рукам о шершавую поверхность стола, стоя к гриффиндорке спиной и слушая ее дыхание, перебиваемое капающим со свеч воском.
- Я тоже рад тебя снова видеть, Грейнджер, - произнес он совершенно невпопад глухим голосом.

+1

6

Рука Гермионы оказалась в тёплой ладони слизеринца. В голове снова проскочила отметка, что за холодной сталью и выдержкой есть человечность. Чтобы не говорила Джинни, Гермиона точно знала, что не ошиблась, пуская в свою жизнь Теодора Нотта. Его удивительный взгляд на мир обезоруживал, заставляя погружаться в его тайны с огромным интересом. Он открывался с новой стороны каждую минуту, от него совершенно точно не стоило ожидать привычной шаблонности. Его колкости - способ защиты, но глубина его души это целый мир, огромная вселенная, которая захватывала дух своей таинственностью и неизведанностью.
Вся эта обстановка в классе кричала об интересах слизеринца. Гермионе хотелось обойти здесь все, дотронуться до каждого предмета, ведь она была уверена, что они ответят ей про своего хозяина больше, чем он сам. Интересно, а был ли здесь ещё кто-то, кроме неё? Может он приводил сюда своих друзей, или девчонок, чтобы произвести на них впечатление? Кто бы смог по достоинству оценить все эти вещи, собранные в одном месте, которые казались совершенно друг с другом несмовместимыми, но при этом отображали весь перфекционисткий характер своего хозяина. Грейнджер видела это и понимала, потому что сама была такой же.
- Скажем так, преподавать Прорицание тебе удастся лучше, чем профессору Трелони. Действительно, я посвятила большую часть своего времени обучению, даже начала готовить курсовую работу к СОВ по трансфигурации, - ухмыляясь говорит девушка, размеренными шагами пересекая комнату, переводя взгляд с одного предмета на другой. - Но ещё я успела провести время с друзьями и съездить с родителями на пару дней в Грецию. Мама давно мечтала там побывать. Тира - интереснейшее место. Это вулканический остров в Греции, в Эгейском море. Город наполнен магией, хоть я и бывала на маггловских экскурсиях. Я читала в Истории Магии, что в девятнадцатом веке и по настоящее время маги проводят тайные вече в старых храмах. Поддерживают традиции своих предков. А какие там закаты... Если ты находишься на вершине старого замка и смотришь на море, на полоску красного света от солнца, быстро уходящего за горизонт, ощущаешь тёплые порывы ветра на лице.. Это волшебно, - говорит Гермиона, закрывая глаза и вспоминая волшебный вечер. Ещё тогда ей хотелось поделиться этой красотой с кем-нибудь. Но у Грейнджер совершенно не было возможности написать даже коротенькое письмо друзьям или Теодору, хотя ей безумно хотелось это сделать.
Улыбаясь она смотрит в глаза слизеринца, а потом достаёт из кармана маленький сувенир.
- Это брелок, магглы вешают такие штучки на ключи или молнии. Я решила привезти тебе такой, вдруг тебе понравится, - говорит она, протягивая Нотту небольшой шарик из вулканической лавы, в которому прикреплена цепочка с колечком застежки. Гладкий снежный обсидиан.
- Ты пытаешься доработать противоожоговую мазь? - с удивлением спрашивает она, подходя к столу, на который оперся слизеринец. - Пробовал добавить перечную мяту? В справочнике «Тысяча магических трав и грибов» сказано, что она смягчает запахи и успокаивающе действует при появлении побочных эффектов, - рассуждает она, принюхиваясь к характерному запаху густой оранжевой субстанции. - Возможно, стоит попробовать поэкспериментировать с корнем валерианы. Он тоже может помочь избавиться от лишних побочных эффектов, но с дозировкой стоит быть осторожным. Можно и усыпить пострадавшего, если переусердствовать с мазью, - подводит она в заключение.
Ей очень интересно наболюдать за размышлениями Нотта. Всего его колкости, как ни странно веселят гриффиндорку, она оставляет их без внимания, понимая, что эту часть характера ей просто придётся принять. Вряд ли ей всегда удасться молчать в ответ. Но сейчас так о многом хотелось поговорить, что тратить время на препирания совсем не хотелось. Тусклое освещение комнаты располагало к иному виду общения, как и сам Теодор, находящийся в такой непосредственной близости от неё.

+1

7

Пуская нового человека в свою жизнь, приходится принимать риски. Для замкнутого в книжном мире мальчика, вроде Теодора, каждое знакомство превращалось во внутреннюю борьбу. Он никогда не был неуверенным в себе заикой с комплексом неполноценности (самоуверенность и самолюбие перли из него похлеще, чем шутки из небезысвестных близнецов "всю затычки") и умел обаятельной улыбкой и харизмой расположить к себе окружающих. Но вокруг него навсегда оставалась очерченная окружность, переступать которую было дозволено не каждому. Он отбирал, сортировал, отсеивал, как бракованный товар, людей, прежде чем подпустить к себе на шаг ближе и приоткрыть завесу в свою жизнь. Осторожно ступая по каменным плитам подземелий, Нотт, как истинный слизеринец, был предусмотрительным и расчетливым в каждом своем движении и поступке. Вот только на каждое правило найдется особое исключение, которым и стала гриффиндорка. От нее он чувствовал опасность, ощущал каждым дюймом кожи пагубность собственного пристрастия, задворками обычно ясного сознания понимал, что принимал яд из ее рук, и добровольно, жадно, как путник в пустыне, глотал его. Заброшенный кабинет был зеркальным отражением Теодора, которое никому не дозволялось видеть. Он сам дал ей клинок в руки, которым она в любой момент могла его уничтожить, но отчего-то ему доставляла эта мысль извращенное удовольствие. Возможно, по той причине, что он чувствовал взаимность их слишком быстрой привязанности друг к другу, а значит не он один попался на крючок своих желаний.
- Ох, так я могу быть спокоен, что после Хогвартса не пропаду и галлеон на жизнь заработаю? Осталось напророчить что дельное Дамблдору о лимонных дольках, чтобы уж наверняка занять место Трелони, - театрально-воодушевленным тоном произнес Теодор, наколдовав огромные очки-стрекозы и напялив их на переносицу. - Как я тебе? Школьницы будут сходить с ума?
Тео, все еще играя с душками очков, следил за перемещениями девушки, как она с неподдельным интересом разглядывала предметы и, он не сомневался, по достоинству оценивала его труды. Они были во многом схожи, несмотря на катастрофически огромную разницу во взглядах на мир, воспитании и происхождении. Но опыт подсказывал, что не всегда равные по статусу оправдывали ожидания, а от некоторых аристократов в их гостиной его и вовсе тянуло проблеваться. Особенно, когда они раскрывали рты и начинали (о, великий Салазар!) говорить, а вонь стояла такая, будто прошелся тролль. С первых секунд, как только чертова гриффиндорка с гнездом на голове появлялась в зоне его видимости, Нотт чувствовал странное единство их душ, переплетение, куда более интимное, чем прикосновение тел.
- Ты утерла мне нос, свою курсовую я оставил смаковать на летние каникулы, когда смогу прятаться от послеобеденного зноя в домашней библиотеке - тебе бы там понравилось... Кстати, почему именно Трансфигурация? Я не замечал у тебя пробелов ни по одному предмету, - Тео расплылся в улыбке, представляя, как сможет уделять дни напролет подготовке к СОВам и работе по Зельям. О да, существовали такие люди, у которых Снейп ассоциировался с улыбкой. Между визитами школьных товарищей и еженедельными приемами он будет штудировать список, который составил для него декан. И не придется отвлекаться на школьную суету, факультетские вечеринки и... Грейнджер. Последняя станет лучшей мотивацией забыться в учебе прямиком до первого сентября. - Да ты романтик, Гермиона. Ха, кто бы мо-о-ог подумать, что в заучке дремлет утонченная поэтическая натура, которая любуется закатами. Весь Хогвартс считает, что ничто не вызывает у тебя большего трепета, чем выданные библиотекарем книги. Но я оставлю это в тайне, честное слизеринское!
Теодор ухмыльнулся и шутливо приложил руку к груди, заверяя, что этот секрет он унесет в могилу вместе со своими тараканами, демонами и тушками кроликов. Когда теплый камень коснулся ладони, то юноша с интересом покрутил его в руках и провел пальцами по гладкой поверхности. Она привезла в школу подарок для него, пусть типично магловский, зато тем самым непохожий ни на один из имеющихся у него, что делало его уникальным и ценным. На миг Нотту показалось, что у него прорезались крылья, и захотелось взлететь, подобно гриффиндорскому придурку, от мысли, что девушка вспоминала о нем на каникулах. Он в свою очередь был настолько поглощен ревностью и обидой, что даже не подумал о маленьком презенте к их встрече. А ведь он не один раз выбирался из семейного поместья за покупками и видел толковые вещи, которые определенно понравились бы гриффиндорке.
- Спасибо большое, ты знала, что вулканические камни имеют особую энергетику, если их дарит волшебник? Они даруют силу и знания, указывая верный путь, а также исцеляют и успокаивают. Базальт сочетает в себе все стихии, от того и такая мощь камня, - Нотт уверенно сжал в руке бре-лок, чувствуя, как жар растекается по кисти, как буря в груди успокаивается, как сознание очищается, как внутри зарождается сила. - Надеюсь, ты не обидишься и поймешь, если я не буду козырять магловским брел-ком (почему этот язык такой сложный?!) по замку, но я найду для твоего подарка заслуженное место. А пока...
Слизеринец отправил камень к письму все в тот же внутренний карман мантии. Он бережно коснулся его сквозь ткань, обещая себе придумать подходящий способ хранения, чтобы вещица всегда была с ним, но при этом не вызвала лишних вопросов у однокурсников и отца. Не хватало еще, чтобы кто-то из грязнокровных отпрысков отпустил в коридоре комментарий по поводу магловской вещички у чистокровного волшебника. Позор он не смоет еще долго.
- Даже тихо завидую тебе, потому что мы с отцом хоть и часто путешествуем, но в Греции мне побывать не удалось. Зато я много читал о Древней Греции, а отец - он у меня в Отделе по Международному Сотрудничеству служит - рассказывал о своих командировках, - Тео поймал себя на мысли, что отдал бы многое за возможность встретить закат с Грейнджер на вершине горы. - Волшебно это лишь для тех, кто умеет находить единство с природой. Магия всюду, Гермиона. Надо уметь ее видеть. Но я понимаю, определенно понимаю, о чем ты говоришь. Я сам люблю прикасаться к стихиям - ветер, огонь, вода, земля. Мне нравится улавливать мелочи ранним утром и наблюдать за наступлением ночи, и как меняется окружающий мир с течением времени. Маги постепенно отходят от природы, а ведь наши предки именно так черпали свои силы. Мы становимся глухими и слепыми. Подобно, прости за сравнение, Грейнджер, маглам, которые изобретают все новые э-э-э приборы, кажется, зовется у них техникой?
Теодор задержал дыхание в ту секунду, когда девушка оказалась на расстоянии слишком опасной близости от него. Она с интересом уставилась на его работу, попав в десяточку и абсолютно верно определив зелье в котле, которое в недалеком будущем должно было загустеть и превратиться в мазь. Узнать целебное средство в еще неготовом виде заслуживало похвалы, но то ведь была умница Гермиона, которая раз за разом не переставала удивлять Нотта своей проницательностью и умом. Он и не думал, что когда-нибудь она подведет его. Такие девочки всегда оправдывали возложенные на них ожидания. Она становилась постоянностью его жизни, той постоянностью, в которой можно быть уверенным.
- Она самая, - Теодор вздохнул и устало потер виски, склоняясь над котлом следом за Гермионой. Их головы почти соприкасались, и он мог почувствовать ароматы ее тела. В первый раз, букет согревающих изнутри запахов коснулся его обоняния. Пока что без возможности разгадать точное происхождение трав и цветов, но когда-нибудь он доберется и до этой загадки. - После случая с Драко решил, что та-ак жить нельзя! Вонь от мази еще неделю стояла на всю спальню. А я очень остро чувствую запахи. С мятой уже пробовал, но требуется что-то еще. Валериана там есть тоже, и у меня подозрения, что в ней и зарылся червь... Понимаешь, какая штука тут, ожоги-то зелье заживляет, не до конца, но оно и не готово пока. И запах перестал напоминать о сдохшей крысе. Хоть и не пропал полностью. Но появился побочный эффект, совсем неподходящий, кхм. Секунду, сама все поймешь!
Теодор достал волшебную палочку и зажег огонек под котлом, заставляя зелье постепенно закипать, на поверхности стали появляться пузырьки, которые поднимались в воздух и лопались, переливаясь в свете свечей.
- Вот, ха-ха-ха, так... ой, не могу, хи-хи-хи, - Нотт заливался смехом, вдыхая пары зелья и подгоняя их магией к девушке. На глазах выступили слезы, а он не мог остановиться смеяться. - И так, хи-хи-хи, каждый раз. Если колдомедик, ха-ха-ха, или пациент будут смеяться, ха-ха-ха, то толку... О, Мерлин, о, ха-ха-ха, подштанники Дамблдора, надо, хи-хи-хи, пробовать на Малфое, ха-ха...

+1

8

Гермиона беззаботно хихикает, прикрываясь рукой, когда Нотт отбрасывает предрассудки и колдует себе очки, больше напоминавшие глаза стрекозы и конечно, являющиеся почти точной копией очков профессора Трелони. С чувством юмора у слизеринца тоже все отлично, он не боится показаться смешным - а это ещё один весомый плюс в его копилку. Давно ли она начала коллекционировать его хорошие качества? Нет не давно, но сразу после знакомства «поближе».
Гермиона никогда не скрывала, да и все прекрасно знали, что ей не всегда легко найти общий язык с однокурсниками и любыми другими ребятами. Грейнджер обладала такими качествами, как обостренное чувство справедливости и неукоснительное подчинения правилам. Кстати, для последнего, у Гермионы был припасён список аксиом, в которых были чётко расставлены приоритеты по важности и необходимости нарушений правил. Если в момент, когда Грейнджер или ее друзьям нужно было нарушить правила, то сделать это можно было только в случае форс-мажорных обстоятельств. Просто для баловства - никогда. За каждым ее шагом, поступком скрывалась цель. Все, что Гермиона делала и делает является абсолютно не бессмысленным и имеет под собой корни. Но все эти черты ее характера описываются одним простым словом - занудство. Многие считали ее занудной заучкой, которая не видит ничего дальше книг и строчек, нацарапанных в них. Гермиону обвиняли в бездушии, излишней сухости и неэмоциональности. Да, ей было скучно слушать рассказы соседок о мальчишках и новых мантиях от мадам Малкин, слушать о том, какие красавчики солисты группы «Ведуньи» и куда пойти на свидание в Хогсмиде.
С Ноттом все было сложнее. По сути их общение не имело под собой твёрдой опоры. С ним она ходила по краю, заглядывала в колодец, боясь упасть и утонуть. Он был интересен, умён и проявлял больше, чем банальная снисходительность к гриффиндорской всезнайке. Это цепляло.
- Конечно, не против. Я понимаю, что наше с тобой общение не стоит афишировать. По крайней мере пока, - говорит девочка, а сама думает, что скорее всего ее «пока» это в большей степени «никогда». Да их просто не поймут. Даже ее друзья, чего уж говорить о друзьях Тео. - Просто это наша с тобой на двоих маленькая тайна, - хитро шепчет она, подмигивая слизеринцу. Брелок находит место в кармане его мантии, а Гермиона облегченно выдыхает. Хорошо, что он просто не рассмеялся из-за этой глупости, маггловского подарочка. Он принял его. Это не могло не радовать. Да и Гермиона даже не думала обижаться, она понимала, что Тео не стоит хвастаться подарком на всю школу, прицепляя его к сумке или куда ещё. Это просто маленький сувенир, маленькое напоминание о ее существовании. Это память.
- Я согласна с тобой. Магам почаще стоит вспоминать о своих корнях, традициях. Но мир не стоит на месте, как и магглы. Мы все проходим эволюцию, отдаляясь от природы. Но ее стоит чтить и не забывать. Есть большое количество вещей, из которых можно черпать магию! И если у тебя будет возможность, обязательно побывай в Греции, закаты там м правда потрясающие. Не могу назвать себя романтиком, но некая поэтичность мышления присутствует. Я люблю увидеть все собственными глазами, потрогать, чтобы понять, что это существует. Романтики слепо верят. Я - нет, - Гермиона улыбается, смотрит на Теодора, когда говорит эту фразу. Конечно, Гермионе как и всем девочкам присуща вера в романтизм. Но она слишком слаба. Хотя и имеет место быть.
Гермиона внимательно слушает Теодора, который рассказыват о том, как хотел бы усовершенствовать мазь. Это вызывает в девочке неподдельный интерес. Предложенные ей ингредиенты Нотт уже опробовал. Это заставляло задуматься.
Она склоняется над котлом, вдыхая пар вслед за Теодором и вдруг начинает смеяться. Не то, чтобы все вокруг стало смешным. Просто беспричинный хохот рвётся наружу смешиваясь с хохотом слизеринца.
- Ха-Ха, Тео, а ты хи-хи не добавлял туда перья нарлов? Ха-ха или настойку горькой полыни? Хи-хи! Эти ингредиенты могут вызывать ха-ха-ха смех!
Девочка смотрит на Нотта, придерживаясь за живот. Смех никак не хочет проходить, но она старается отойти подальше от котла, что бы перестать вдыхать пары.
Успокоить смех тяжело, но ей удаётся взять себя в руки. Смех заканчивается и она с полной серьезностью смотрит на Теодора. Это длится буквально пару секунд, а потом она снова сгибается от смеха. Только вот варево Нотта тут уже не причём.

+1

9

В первый раз накануне каникул столкнувшись с побочным эффектом зелья, Теодор опешил, но быстро вошел во вкус. После мучительно длинных дней, когда Гермиона была ближе, чем следовало, что можно было коснуться пальцами, но дальше, чем хотелось бы, потому что приходилось бить себя по рукам, и после еще более невыносимых ночей в размышлениях о том, что же с ним не так, ему требовалось дать волю эмоциям, внутренние демоны рвались наружу, злились, метались в клетке. Сначала Нотт от души расквитался с Роджером, будучи благодарным Драко за присутствие, ибо самоконтроль давал сбой, а волшебная палочка в сжатом намертво кулаке ходила ходуном, дрожала, дергалась, не справляясь с эмоциями хозяина. Затем он по незнанию надышался пузырей, и его пробила такая истерика, что он просидел до утра в углу кабинета, захлебываясь поочередно то смехом, то слезами. Стало легче, но ненадолго.
- Ха-ха, Герм... Ге-ерми, у нарлов, ха-ха-ха, НЕТ перьев, они - ИГЛАСТЫЕ! ИГ-ИГ-ИГОЛИСТЫЕ! - он очертил в воздухе нарла, получилось не слишком художественно, но, учитывая, что от смеха сводило даже скулы, на "Удовлетворительно" потянет. Он уже не понимал, что его смешило сильнее, - парящие в воздухе пузыри, напоминающие мыльные, или абсурдность всей ситуации, но речь не слушалась, его собственная выдержка предательски подводила его, и держать привычно холодную маску с кривой ухмылкой и презрительным взглядом не получалось. - Колючие, как и порой твоя сдержанность... но мне, кажется, удалось сквозь нее пробиться?
Последние слова он произнес тихо, отойдя на несколько шагов от котла и пытаясь восстановить сбившееся от смеха дыхание. Спортсмен из него был никакой, за что отец бывало в детстве давал ему подзатыльники, пытаясь избавиться от слабого иммунитета сына и стереть налет болезненности и хрупкости с его внешнего вида. Бледность кожи и черные круги под воспаленными глазами никуда не делись, но с возрастом Теодор стал смотреться более внушительно и вызывать страх и уважение, благодаря своему интеллекту и умению держать лицо. Его даже путали со старшекурсниками из-за излишней серьезности, напыщенности и породистости.
В повисшей тишине они смотрели друг на друга в упор, сами не веря в то, что происходит. Ее строгий взгляд, как у помолодевшей в миг МакГонагалл, разнился с влажными от смеха глазами, а уголки губ продолжали подергиваться. Для отличницы Грейнджер такое поведение, как и для привычно скупого на эмоции, черствого Нотта, было несвойственным, странным, разнящимся с внутренним порядком. Тео не сомневался, что у гриффиндорки в голове и душе, как и у него, все было расставлено по полочкам, по правилам, по законам, потому что хаос мог довести до сумасшествия. Кажется, этим хаос они постепенно становились друг для друга.
- Полынь, да ты гений, Грейнджер! Я когда добавлял, не подумал о ее свойствах в эйфорийном зелье. Был бы Снейпом, дал бы десять баллов краснопопым гриффиндорцам, иногда и вы выдаете что-то дельное помимо разговоров о жаренной курочке, - следом за девушкой слизеринец снова разразился смехом, но уже совсем не от зелья. Ему просто было хорошо и уютно. Их общение с уколами и смешками, но уже без яростных попыток оскорбить и задеть, дарило неизведанную раньше легкость. Интересно, знакома ли такая легкость девушке? Образ ботанички настолько сросся с ее фамилией, что никому бы в голову не пришло представить Грейнджер, заливающуюся смехом со своим если не врагом, то по всем законам Нумерологии, Чар и Трансфигурации "не другом" уж точно. - Ха-ха, я представил лицо Драко или Паркинсон, или твоего Поттера, если бы они увидели, хи-хи-хи, как мы с тобой смеемся до конвульсий в мерлином забытом кабинете в подземельях. Вдумайся, ха-ха, в сюрреализм происходящего. Нет, мне их даже жаль, некоторые тайны пусть лучше остаются тайнами, а то сердечки не выдержат. Наша с тобой тайна. На двоих. Навсегда.
Теодор вдруг спохватился и ринулся к столу, начал рыться в сложенных аккуратной стопочкой пергаментах, затем отыскал нужный и с воодушевленным лицом пробежался беглым взглядом по списку ингредиентов и процессу приготовления мази, который последовательно, шаг за шагом записывал, внося поправки и свои наблюдения. Настойка полыни, добавленная им как раз перед тем, как зелье должно было начать густеть, кричала о том, какой он придурок. Одаренный, но все-таки при-дурок. Он должен был догадаться, что отвар получился слишком жидким, раз образовывалось так много пара, а значит виной тому полынь.
- Салазар, где тебя раньше носило, Грейнджер? - Тео обернулся с широчайшей улыбкой на лице, словно получил приз человека года от самого министра магии. - Твои мозги, да к моим, мы же можем весь мир перевернуть!

Отредактировано Theodore Nott (23.10.18 15:35)

+1

10

Истерический смех уже трудно было остановить. Теодор даже в таком состоянии умудрялся шутить и отпускать каверзные словечки, которые, как ни кстати, компрометировали гриффиндорку. Она прекрасно знала, кто такие нарлы, ведь водя дружбу с Хагридом можно было узнать о многих волшебных существах, однако тот факт, что во многих учебниках их иглы были описаны как перья, играли свою роль, а Грейнджер, по большей части доверяла лишь проверенным источникам. Официальным - так она из называла. Но скрывать эту ошибку не было смысла, ведь Нотт совершенно прав в том, что нарлы иглистые.
- В учебнике написаны перья, Тео, - все ещё смеется она, разглядывая замысловатые рисунки Тео, которые он чертил в приступах смеха.
Грейнджер очень обрадовалась, когда Нотт подтвердил ее догадку в том, что в зелье присутствовала полынь. Это объясняло самый основной фактор смехотворного пара в мази, а значит, что Нотту действительно удасться добиться совершенства в приготовлении мази от ожогов. Интересно, почему другие волшебники и целители не поделали избавиться от неприятного запаха, экспериментируя с рецептом? Волшебники часто довольствовались лишь тем, что уже было изобретено, совершенно не стараясь привнести новый вклад в традиционные вещи и классические рецепты. Эта черта магов, как никакая другая, объединяла их с магглами. Нельзя сказать, что все люди по своей сути являются потребителями. Но большинство из них да. Зачем дорабатывать и доводить до совершенство то, что уже итак работает?
Тео был другим, как и сама Гермиона. Характер перфекциониста всегда вносил свои поправки в уже готовый материал, совершенствовал, развивал, разрабатывал, доводил до идеала.
- Это замечательно, что я смогла помочь, - уже успокоившись говорит она, смотря на слизеринца, который тоже начал говорить тише, воспроизводя вслух мысли девочке об их общей тайне, которой никогда не удасться придасться огласке. Их личная тайна - запретная зона для чужих любопытных носов. Их личное пространство здесь, в этом заброшенном кабинете, в библиотеке, за дальними полками, везде - где они могут спрятаться от посторонних глаз и снять маски, которые ежедневно необходимо носить.
- Я всегда была рядом, стоило только оглянуться, - улыбаясь говорит она, снова преодолевая расстояние между ними и заглядывая в рецепт зелья.
А перевернуть мир действительно хотелось. Это было запретным желанием - стереть все границы, вражду факультетов, сословный строй, рабский труд, но, к сожалению, было не под силам двум юным волшебникам. Они были во многом схожи, но различались так сильно, что ни на секунду нельзя было бы даже и представить, что между ними нет той стены, которая была возведена даже раньше их рождения. Эту стену не сломать. Но Гермионе сейчас совсем не хотелось думать об этом, думать, что начавшаяся совершенно на днях, дружба, может когда-то закончится. Пусть все идёт своим чередом, а дальше будь, как будет.
- Да уж, перевернуть мы сможем, уже многое перевернули, пусть об этом и знаем только мы вдвоём. Это завораживает, - последние слова она говорит тише и отводит взгляд от глубоких карих глаз Теодора Нотта, боясь переступить всю ту же тонкую грань, которая вот вот грозится сломаться. И вот тогда все станет слишком сложно.

+1

11

Теодор зачарованно наблюдал за тем, как девушка шаг за шагом приближалась к нему, стирая границы, которые существовали между ними на публике, под прицелом сотни ничего незнающих и жадных до сплетен глаз. Он опустил веки в последний момент, сжав слишком сильно лист исписанного вдоль и поперек пергамента, что тот порвался в железной хватке тонких пальцев. Ему нестерпимо сильно хотелось прикоснуться к Гермионе, проверив не полуночный ли призрак ворвался в его сны. Когда его больное воображение впервые выдало ему образ Грейнджер, Тео проснулся с мокрыми от пота ладонями, ногтями, царапающими шелковые простыни, и прикусившими угол подушки зубами. Он с трудом добрался до ванной комнаты, освобождая сведенный в спазме желудок от остатков ужина. Настолько ненормальными и неправильными были эти выстраданные сны о грязнокровке для выточенного из дорогого камня, идеального, созданного, будто по образцу, чистокровного Нотта. Он упустил ту трещину, которая пошла по льду в его душе, дав сбой всему часовому механизму, превратив ничтожную зубрилу Грейнджер в прекрасную фарфоровую куклу без малейших погрешностей и изъянов, словно вышедшую из рук мастера-перфекциониста.
- Если... если будет желание, я всегда рад такой помощи. Мне нужен напарник для занятий по защитным и боевым чарам, а то надоело уже трансфигурировать пугало из подушек. Только без Уизела и очкарика, а то они с их способностями к обучению уничтожат кабинет к гриндилоу, - Теодор хмыкнул, намекая, что друзей себе Гермиона хоть подобрала и со знатными фамилиями, но при этом с потрохами флоббер-червя в голове. Нотт одел бы ее в лучшее платье от Твилфитт и Таттинг, сшитое на заказ под изгибы тела, подобранное под цвет ореховых глаз и (непременно мягких) каштановых волос, и привел на званный ужин, чтобы местная аристократия в лице глупеньких девиц с миленькими личиками изумленно хлопали глазками и завидовали. Ни одна из них даже с самыми отточенными манерами и заученными до скрипа зубов движениями не могла сравниться с природной грацией, красотой и изящностью обычной грязнокровки. Она была фарфорой куклой, но наделенная внутренним пламенем и душой. Лучший эскиз, лучшая работа творца. - Я оглядывался - ты просто не замечала, Грейнджер.
Тео потупил взгляд, борясь с заливающимися алым цветом щеками, словно его застали на месте преступления. Преступление по отношению к почти святому облику гриффиндорки было совершено уже давно, но девушке необязательно об этом знать. Он не хотел порочить ее имя своим пагубным пристрастием к непозволительно частым мыслям о ней. Он боялся приоткрыть свою другую сторону, вручив ей в руки волшебную палочку, которой она смогла бы в любую секунду убить его. Наотмашь и навсегда.
- Стервятники разорвут нас за такое в клочья, - юноша как-то горько ухмыльнулся, вспомнив всех своих товарищей, отца, друзей семьи, которые в раз отвернулись бы от него, узнай они хоть частичку этой тайны. Рука дрогнула, он прикоснулся к кисти девушки, сжав ее на один миг, пытаясь показать, что она в нем не ошиблась, что он способен на дружбу, на искренность и на... что-то большее, но тут же одернув. Пальцы потянулись к воротнику, ослабляя удушающий факультетский галстук. - Кстати, о стервятниках. Нашего хогвартского героя, по совместительству твоего горе-дружка со шрамом и экс-бойфренда, если верить газетам... Или там уже новая жертва? Когда ты тоооолько успеваешь? Короче, никакие рейвенкловцы больше не посмеют вывести Поттера из строя накануне испытания. Вопрос улажен, но я бы на твоем месте за ним приглядел. У него, конечно, метла и так год из года стабильно подгорает по чьей-нибудь вине, но, знаешь ли, сумасшедшие заключенные и Василиски могут быть менее опасны, чем завистливые и озлобленные подростки.

+2

12

Пергамент в руках слизеринца порвался. Гермионе на миг показалось, что Нотт от злости сжал пальцы. Возможно, она поступила неверно, подходя к нему так близко. Может он и был настроен не враждебно, что уже было удивительным, но пересекать черту ей было явно не дозволено. Может ему было неприятно стоять рядом с ней так близко? Гермиона хотела сделать шаг назад, но не смогла, потому, что неведомая сила зародившегося между ними магнетизма, не позволила ей этого сделать.
Слова, которые люди произносят тихим тоном или шепотом, всегда правдивее слов, которые кричат во всеуслышанье. Это был давно известный факт. Гермиона металась из стороны в сторону в своих мыслях, толком не понимая, что сама ждёт от Теодора. Ей безумно хотелось продолжать это тайное и неправильное общение, сулившее за собой лишние вопросы и непонимание со стороны окружающих, если вдруг об этом кому либо станет известно. Но Мерлинова граница допустимой близости между ними стояла граненым камнем, плитой, такой высокой, что не обойти и не перепрыгнуть.
Гермиона улыбнулась, отводя взгляд, когда Нотт предложил ей стать Напарником в ее исследованиях. Но слух резал его пренебрежительный тон, снова ненужные оскорбления друзей, ведь и правда хотелось обойтись без них. До конца понять друг друга им все равно никогда не удаться. Значит, Гермионе необходимо было сделать выбор - готовили она мириться с этими насмешками в адрес ее друзей? Или стоило просто все перечеркнуть сразу? Неизведанность манила сильнее предрассудков.
- Мне бы хотелось попросить тебя не называть так моих друзей, хотя бы при мне. Ты же не можешь судить о людях, которых совсем не знаешь. Нет, я не стану тебе доказывать, что они хорошие или что-то в этом роде. Но, если ты не можешь этого принять, давай просто не будем о них вспоминать. Мне так будет комфортнее, - говорит она, как раз собираясь, все таки, сделать этот шаг назад. Но в этот момент тонкие пальцы слизеринца обвивают запястье девушки. Щеки мгновенно вспыхивают, от чего Гермиона неожиданно дергает головой в сторону, чтобы только Теодор не заметил такой реакции. Почему организм так ведёт себя на его прикосновения, девушке было не ясно.
Когда неловкий момент был позади, плечи Гермионы вновь опустились и расслабились, а разговор медленно перетек в нужное нейтральное русло.
- Я надеюсь, что ты с Малфоем не выкинул ничего опрометчивого? - поднимая брови говорит она, сверля грозным взглядом Теодора. Ей действительно совсем не хотелось, чтобы эти двое набедокурили и отомстили обидчику Малфоя за его кратковременное прибывание в больничном крыле. Гермиона не бегала жаловаться к преподавателям и не рассказала о планах Тео и Драко никому, уповая на то, что ребята смогут остыть и рассудить все трезво. Не будут поддаваться эмоциям и мстить. Гермиона старалась видеть в людях лучшее, относится к ним не предвзято, забывая о слизеринском характере ребят.
- Перестань, - говорит Грейнджер, отмахиваясь от Нотта, по дружески шлёпнув его ладонью по груди. - Ты точно не мог поверить в басни Скитер. Гарри не мой экс-бойфренд.

+2

13

На одно мгновение Теодору показалось, что девушка желала отпрянуть от него, сделать несколько шагов назад, расставив все по своим местам, вернув километры норвежских фьорд между ними. Для отличницы Грейнджер такой поступок стал бы мудрым решением, спасительным для обоих. Ему уже не хватало сил вырваться из плена одержимости. И больно кольнуло под ребрами, в грудной клетке, от проскользнувшей мысли, что Гермиона предпочитала держаться от него подальше. Но вспыхнувшие алой краской щеки — о Салазар, как же ей шел этот проклятый невинный румянец — разрушили сомнения юноши. Он снова сделал глубокий вдох, стараясь утихомирить аритмию, взять под контроль предательское сердце, которое предавало его раз за разом в присутствии кареглазой зависимости. Нотт по привычке наклонил голову на бок, всматриваясь жадно в черты ставшего родным лица, пытаясь прочитать нечитаемое, понять неподдающееся пониманию, разгадать неразгаданное. Жесты и мимика, все тело, каждая складка вокруг губ и глаз гриффиндорки указывали на то, что он не был ей отвратителен. Парадоксально, учитывая, насколько пагубным и разрушительным был их союз для обоих. Гермиона металась между двух стихий, между полюсов, разрываясь на части и разрывая его. Они были подобно эквилибристам, которые пока что справлялись, ступая по тонкому канату на встречу друг другу, но в любую секунду могли сорваться и разбиться в пропасти из отчаяния и безнадежности. Их будущее было предрешено.
- Вот теперь я узнаю в тебе ти-пич-ну-ю Грейнджер, - Тео хмыкнул и с серьезным видом передразнил девушку. - Я уже говорил тебе, что это выглядит до икоты и коликов ми-ло, когда ты пытаешься быть строгой и читаешь нотации? Прямо помолодевшая внезапно МакГонагалл. У тебя лоб так смешно хмурится. Если бы тебе было лет эдак, ну-у-ус, шестьдесят, то смотрелось бы иначе. Но тебе пятнадцать, и твой гнев вызывает улыбку. Прости, это я по-дружески.
Нотт действительно не хотел задеть девушку. Он восхищался правильностью Гермионы, а несвойственная ее возрасту серьезность вынудила заметить ее из толпы однокурсников многим ранее. Теодор считал, что девушка была идеальна всегда, круглосуточно, ежеминутно, когда погружалась в конспект по Истории Магии и не замечала, как эмоции одна за другой сменяются на ее лице, забывая, что за ней могут наблюдать, когда праздновала очередную несправедливую победу факультета, когда первого сентября с нескрываемой радостью возвращалась в Хогвартс, когда отпивала с утра тыквенный сок и промокала мягкие (непременно они были мягкими) губы салфеткой, когда подпрыгивала на стуле в классе Трансфигурации, протягивая к потолку руку и затем слишком быстро выпаливая ответ на вопрос так, будто знала учебник наизусть (она знала, она точно знала).
- Неважно, как я называю твоих дружков, - юноша сделал паузу, пытаясь подобрать слова, чтобы гриффиндорка верно его поняла. - Мое отношение к ним не зависит от этого. Называя Уизли недалеким обжорой, я не лукавлю, потому что с другой стороны в моих глазах он себя пока что не проявил. Но я ведь не говорю, например, что он трус? Потому что он не трус. И он не раз проявлял самоотверженность и смелость. При этом он неотесанный, невоспитанный, грубый, громкий невежда, который, судя по всему, еще и слишком ленивый, учитывая его скудные попытки связать два слова на занятиях. Возможно, когда-то он вырастит в себе достойного и воспитанного человека, но пока что он остается для меня подростком, который говорит с набитым ртом и даже не пытается достичь чего-то в какой-то области. Против Поттера я вон поди тоже ничего не имею. Считай, что даже услугу сделал, предупредил о возможной опасности. У него потенциал дай Мерлин каждому, а по глупости, которая у гриффиндорцев распространяется воздушно капельным или вас там опаивают по прибытию в замок, растрачивает свой потенциал не пойми на что. В конечно счете, называя тебя маглорожденной, я не оскорбляю, а констатирую факт. В случае с Уизли и Поттером тоже самое. Но... если тебе неприятно, то я постараюсь сдерживать свои порывы в разговорах об этих двух, исключительно из... допустим, уважения к тебе, но совсем избежать высказываний не обещаю. Потому что не привык давать обещаний, которые не смогу сдержать.
В этом была вся Гермиона: она тут же ухватилась за расправу, которую они с Драко решили устроить виновному. Конечно, они перегнули палку, не слишком, но были почти на грани, зато ублюдок получил заслуженное. Тео догадался, что девушка не донесла на них преподавателем. Его мучил вопрос, почему она пошла наперекор собственным принципам. Неужели Нотт смог пустить трещину на идеальном хрустале, вынудив ее поступить не-прав-виль-но? Или причина была в белобрысом? Ее ночное посещение товарища в Больничном Крыле до сих пор не выходило из головы юноши. От закипающей каждый раз ревности лопались бокалы и обрушивались книжные полки. Разум смеялся над ним, напоминая, что речь шла о чистокровном и напыщенном Малфое, но эмоции одерживали победу.
- Опрометчивость не о нас, ты же знаешь, все остались живы, - Теодор хитро улыбнулся, невинно поморгал глазами и красиво увильнул от ответа. Девочке лучше не спрашивать, чтобы ему не пришлось врать.
Дружеский толчок в грудь заставил юношу наигранно пошатнуться. Он оперся поясницей о стол и сложил руки на груди, готовясь слушать. К Поттеру он зазнайку не ревновал, потому что Поттер и... девушки... Это что-то из серии фантастических тварей. Зато ее переглядки и встречи с Крамом не остались незамеченными для него.
- Я бы скорее выпил водицы из Озера, чем поверил, что наш горе-чемпион, ай да позор на седые волосы Хогвартса, был твоим экс-бойфрэндом, - Нотт нарисовал в воздухе пальцами сердечко и ухмыльнулся. - Не в обиду тебе или ему. Просто... я не по наслышке знаю о Скитер. И знаю я о ней достаточно, чтобы пустить под суд. Зато эффект от статьи был о-го-го какой! Каждый день такое представление с письмами в Большом Зале. Заучка Грейнджер погрязла в любовных романах, ох и ах! Учитывая количество фанаток славы Поттера на квадратный дюйм, то ты еще молодцом держалась, потому что наша с Драко опрометчивость... простите, осмотрительность... ничто на фоне стаи разъяренных женщин. Но ведь с Крамом то было в точку, Грейнджер! Не мое дело, а я обычно тактичен до чертиков, но он смотрит на тебя иначе.

+1

14

Грейнджер улыбнулась Нотту, когда тот выдал сравнение ее самой с профессором МакГонагалл. Ей даже немного льстило такое сравнение, но все таки в самой Гермионе не было столько строгости и опыта, как у мудрой преподавательницы трансфигурации. Поэтому Гермиона скорее просто восприняла это как шутку.
- Спасибо, что понял, что я имею в виду. Ты видишь в них лишь поверхность, поэтому неверно выстраиваешь их портреты. Ты прав со своей стороны, а я права со своей. Я знаю их возможности и силы, знаю, на что они способны. Но наша вечная непримиримая вражда между факультетами накладывает собственное клеймо и ярлык на каждого. Поэтому не обещаю и я, что смогу сдерживать себя по поводу твоих дружков. Хотя говорить мне о них совершенно неинтересно. И упоминать их в беседах тоже, - говорит девушка, пускаясь в размышления. Ее слова, возможно, звучат неправдоподобно. Не она ли, совсем недавно, куковала ночью у больничной койки Малфоя, пытаясь узнать, в порядке ли он. Но по сути к делу это не относится. Грейнджер, как всегда, видя лучшее в людях, думала, что Малфой героически спас ее от ожогов, а на деле оказалось, что просто пострадал от собственного любопытства.
И тогда разговор зашёл совсем не в то русло, в котором Гермионе было комфортно вести диалог. Когда Теодор заговорил о Краме, Гермиона ощутила, как вспыхнули ее щеки. Ей показалось, что чтобы она сейчас не сказала - все будет звучать как оправдание.
- Виктор? - промямлила она, отводя взгляд от Теодора. Она начала лихорадочно думать, как суметь правильно донести слизеринцу (а собственно говоря зачем это делать правильно?) чтобы он понял истинное отношение Грейнджер к Краму.
- Понимаешь, это вышло совсем случайно. Я сидела в библиотеке и делала домашнее задание. Виктор тоже постоянно туда приходил. Меня очень раздражали девчонки, которые, укутавшись болгарским флагом, бегают за ним по пятам. Ещё и Паркинсон с Малфоем , которые давали свои лживые интервью Скитер. Все навалилось тогда, когда он впервые подошёл ко мне и заговорил. Я думала, что пойду на бал с Гарри или Роном. Но первый давно сохнет по одной девчонке, а Рон решил, видимо, что я не лучший объект для похода на танцы. Я в шутку предложила для него кандидатуры для бала, на что из его ответов сделала вывод, что внешняя оболочка ему была важнее умственной составляющей. Тогда Виктор и пригласил меня на бал. И я сразу согласилась. Он очень умный и интересный парень, но чаще он просто молчит и смотрит как я учусь. Это, если честно, раздражает. Но на бал я с ним пошла из-за уважения к нему, ну и чтобы позлить остальных, - признается она, глядя в глаза Нотту. Об этом откровении не знает никто, даже Джинни. Нотту удалось стать первым, кто прокопался в глубинах души гриффиндорской девчонки.

+1


Вы здесь » HP: Hidden Swimming Pool » Elder Wand » 19.04.95, И давай не думать, что закончится рассказ


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC