HP: Hidden Swimming Pool

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HP: Hidden Swimming Pool » Invisibility Cloak » 31.03.95, Ну кто тебя просил?


31.03.95, Ну кто тебя просил?

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

Дата и время событий:
31.03.1995

Место:
Хогвартс, класс Зельеварения, далее Больничное крыло

Участники:
Draco Malfoy, Hermione Granger, далее + Theodore Nott

Не каждый урок зельеварения проходит так насыщенно, как этот. В предверии дня шутников кто-то решил прорепетировать.

Отредактировано Hermione Granger (06.10.18 17:13)

+1

2

С того времени, как вышла статья Скитер, прошло уже больше месяца. Изредка, но к Гермионе все ещё прилетали разгневанные письма поклонников Гарри и Виктора, но теперь она просто кидала из в огонь, не читая. Размеренная жизнь протекала спокойно. Гермиона выискивала новые заклинания для Гарри, часто проводя время в библиотеке с новым другом, иногда прогуливалась с Виктором по окрестностям Хогвартса и все так же щепетильно относилась к домашним заданиям. Казалось, что жизнь вошла в привычное русло.
Гермиона никогда не относилась с теплом к профессору Зельеварения. Снейп не упускал момента задеть гриффиндорку, не говоря уже о насмешках над Гарри. Но сегодня профессор наколдовал на доске рецепт зелья, выдал необходимые ингредиенты, сообщив, что к концу урока ребята должны сдать пробы своих зелий, а на следующем получат результат, оценку своих стараний. Уменьшающее зелье они уже проходили в прошлом году, очевидно Снейп решил проверить, вспомнят ли школьники процесс его приготовления, все необходимые инструкции, потешил варке.
Гермиона, как только увидела название зелья, тут же приступила к процессу приготовления. Ее немного отвлекали Гарри и Рон, стоящие неподалёку от неё, что-то обсуждающие, в прочем как и всегда. Гермиона одарила их своим гневным взглядом, но все же обернулась направо, чтобы понять, кто является предметом дискуссий. Рядом с девочкой по правую сторону, стоял Драко Малфой, который тоже уже приступил к процессу приготовления зелий. Гермионе не хотелось вступать в разговор с друзьями, или нарываться на перепалку с Малфоем. После их последнего, случайного «разговора» в библиотеке утекло много времени. Нового повода для насмешек в свою сторону давать ей не хотелось. Она много думала о том дне, вспоминая самодовольную ухмылку Малфоя, но гнала прочь мысли. Если бы она тогда просто встала и ушла, возможно в голове бы не поселилась та неоднозначность, с которой тогда закончил их беседу Драко.

+2

3

Грядущий день Апрельского Дурака расслабляюще действовал на всех. На улице с каждым днем становилось все теплее – весна окончательно вступила в свои права, заставляя даже самых ленивых студентов вспомнить о том, что вслед за ней придет и лето с неминуемыми экзаменами, отменить которые был не в состоянии ни один Турнир.
Что говорить о студентах, если даже профессор Снейп, чем-то озадаченный, не стал портить всем настроение очередной контрольной, а милостиво дозволил сварить уменьшающее зелье из программы третьего курса, поскольку это тот максимум, который можно было требовать «от большинства бездарностей, заполнивших этот класс».
Спорить с деканом было себе дороже, да и не в привычках слизеринцев было ронять авторитет профессора Снейпа. Драко большую часть занятий провел у своего рабочего места, искусно варя требуемое зелье и попутно следя за тем, чтобы Крэбб и Гойл не сотворили нечто ужасное в своих котлах. Когда же минут за пятнадцать до окончания урока он отошел к шкафчику с ингредиентами, его внимание привлек котел, странно бурлящий и источающий непонятный запах.
- Это еще что? – любопытство пересилило безразличие к чужим успехам. Слизеринец заглянул в котел и поморщился от неприятного запаха, после чего оглянулся в поисках того, кто мог сварить такое… К его удивлению, к нему уже спешила Грейнджер с немым вопросом в глазах. Странно, ведь у грязнокровки раньше не было проблем с зельями, однако сегодня явно что-то пошло не так. Что ж…
- Что за овощное рагу ты состряпала, Грейнджер? Готовишься стать домохозяйкой? Выглядит ужасно, да и запах тот еще… - насмешливо фыркнув, Драко собирался было посоветовать гриффиндорке оставить готовку домашним эльфам, однако за его спиной раздался грозный гул. Испуганно обернувшись, юноша расширившимися от ужаса глазами увидел, как из котла Грейнджер вылезает какой-то пузырь мутно-зеленого цвета, попятился, невольно закрывая своим телом девчонку, а потом… Потом раздался хлопок, пузырь лопнул, окатив Малфоя потоком какого-то горячего гноя… Он вскрикнул, мир перевернулся, что-то больно приложило Драко по затылку - и наступила ночь. Последним, что услышал блондин, был встревоженный голос Снейпа.

Пробуждение было не из приятных. Честно говоря, до сего дня Драко не думал, что даже открыть глаза может быть больно. И вообще он чувствовал себя так, словно его поджаривали на сковородке – руки и лицо немилосердно кололо и щипало, шевельнуться или повернуться что-то мешало. Над головой был высокий потолок… вернее, он должен был быть где-то там, однако полумрак скрывал его, не давая определить, где же очутился юноша.
- Эй… - шевельнув обожжёнными губами, слабо позвал слизеринец. – Есть здесь кто-нибудь?

Отредактировано Draco Malfoy (06.10.18 12:42)

+2

4

Зелье Гермиона закончила готовить раньше остальных. Она уже наполнила колбу, собрала книги и направилась в сторону преподавательского стола, чтобы отдать работу Снейпу. Когда она пошла обратно к своему котлу, то заметила возле него Малфоя. Тот склонился над варевом и комментировал бездарное приготовление. Грейнджер, с удивлением изогнув бровь, поспешила вернуться к своему рабочему месту, но не дойдя каких-то пару шагов заметила, что ее зелье было испорчено. Видимо, пока Грейнджер отходила к столу профессора, кто-то добавил в зелье инородный предмет или подкинул шутиху.
- Малфой, что ты тут забыл? - спрашивает она, гадая слизеринец это сделал или нет. Но заинтересованное лицо Драко уже дало Гермионе ответ. Он явно был непричастен к этому. Грейнджер начала панически оглядывать класс, пытаясь вычислить шутника, но именно в этот момент над ее котлом заструился отвратительный на запах дым и надулся пузырь. Глаза девушки расширились, а инстинкт самосохранения заставил прикрыть лицо руками. Громкий хлопок и всплеск... но Грейнджер не почувствовала боли, к которой готовилась. Она была уверена, что взорвавшийся котёл непременно обожжет ей руки, обольёт с ног до головы, но этого не произошло. Дальше началась шумиха, паника, а на полу рядом с рабочим местом Гермионы лежал Малфой, с ног до головы облитый испорченным варевом. «Но зачем?» промелькнуло в голове девочки, ведь она прекрасно понимала, что у того был шанс отскочить, предотвратить причинение ему вреда горячим зельем, тогда бы Гермиону ли облило. Разве не так бы поступил слизеринец?
Снейп подлетел к Малфою быстрее летучей мыши. Он схватил ученика и умчался с ним, крича на бегу «С дороги!». Очевидно, что он понёс Драко в больничное крыло. Гермиона нервно оглядывалась, ища в толпе студентов лица друзей. Они казались тоже ошарашенными.
Гермиона выходила из класса с трясущимися руками. Гарри и Рон шли рядом, но молчали. Как бы они ненавидили Малфоя, никто из них не желал бы ему такого рода вреда. Гарри уточнил у Гермионы, видела ли она, как Малфой что-то подсыпал ей. Он видимо считал, что Малфой сам попался на своей шутке. Грейнджер гневно посмотрела на друга.
- Я видела, что это не он, - сказала она, но не стала добавлять, что сама сейчас могла бы лежать обваренная в больничном крыле, если бы не Малфой. Он вряд ли преследовал благородные цели, наверняка просто сам не успел сориентироваться и оказался заложником ситуации. И правда, не спасать же ему грязнокровку.

Гермиона мучалась этим вопросом до позднего вечера. Когда же все отправились спать, она прошмыгнула в коридор из общей гостиной и отправилась в Больничное крыло. Необходимость понять, как чувствует себя Малфой прожигала изнутри.
Ей удалось добраться до места без происшествий. Больничное крыло пустовало, занята была всего одна койка. Зажигая свет на палочке, она двинулась к его кровати. Малфой спал. Трудно было разглядеть его лицо. Она аккуратно присела на край кровати, сама не понимая, стоит ли так делать. В этот момент Драко очнулся.
- Я здесь есть, - шепнула Гермиона, аккуратно, стараясь не испугать Малфоя своим присутствием. - Как ты себя чувствуешь? - как будто невпопад спрашивает она.

+2

5

Грейнджер… Безошибочно распознав по голосу виновницу произошедшей катастрофы, подробности которой понемногу восстанавливались в отошедшем от сна мозгу слизеринца, Драко издал какой-то полустон-полурычание и попытался повернуть голову на голос.
- Грейнджер… если бы не было больно, я бы счел, что ты все-таки отправила меня на тот свет, а сама последовала туда же на радостях… - чувствовал себя юноша отвратительно. Прежде всего из-за того, что его словно спеленали по рукам и ногам, оставив свободной лишь узкую полоску на лице. Видимо, для того, чтобы он не задохнулся.
- Тебя тоже окатило твоим варевом? – ну, а какова еще может быть причина того, что гриффиндорка находится поблизости от него в школьном лазарете? Наверняка, ей тоже досталось, вот и будут они теперь валяться на соседних койках вплоть до окончательного выздоровления, если таковое вообще возможно.
Главная же проблема заключалась в том, что Драко Малфой совершенно не умел болеть. И дело было вовсе не в том, что он не переносил боль. Как раз с этим он при желании вполне справлялся. Просто в силу своего характера он мог получение маленькой царапины возвести в степень величайшей трагедии человечества и обставить это событие соответсвующими звуковыми и иными эффектами.
Однако в настоящую минуту слизеринец был слишком зол для того, чтобы актерствовать. Зол на Грейнджер, не справившуюся с простым зельем, зол на самого себя за то, что зачем-то сунул нос в ее котел, зол на Снейпа, который не убрал всю эту гриффиндорскую шайку из Хогвартса еще на первом курсе. Да и вообще весь мир был виновен в том, что ему, Драко Малфою, было плохо.
- Что произошло? Рассказывай… - сварливо потребовал он. И тут же ужасная мысль буквально пронзила его мозг. Кипяток… жжение по всему телу и лицу… Мерлин…
- Грейнджер, как я… У тебя должно быть зеркало… Давай его сюда, - голосом обреченного на ужасную смерть человека затребовал блондин.

+2

6

Гермиона хмурит брови, пытаясь в темноте разглядеть масштаб трагедии и вреда, которую причинил Малфою взорвавшийся котёл. Парню сильно досталось, его руки, часть лица перемотаны волшебными бинтами. Но вот манера поведения его никак не пострадала. А плюсом это было или минусом, Грейнджер не знала.
- Когда я пошла относить колбу с готовым зельем профессору Снейпу, кто-то подкинул в мой котёл шутиху. Я подумала, что это ты, но потом стало очевидным, что это не так. Я стояла рядом, когда котёл взорвался, но все испорченное варево вылилось на тебя. Очевидно, что сам того не ожидая, ты прикрыл собой меня и всех, кто стоял рядом. Поэтому я пришла сюда, что бы узнать, как ты себя чувствуешь, - говорит Гермиона, опуская глаза на свои коленки. Она чувствует себя очень странно и неправильно в этой ситуации. В любом другом случае ей бы даже в голову не пришло бродить ночью по школе, тайно пробираться в больничное крыло, чтобы узнать самочувствие Малфоя. Но в сложившейся ситуации это казалось самым верным решением.
Гермиона хмыкает, когда Малфой просит зеркало. Наверное привык, что девчонки всегда его с собой таскают, но Грейнджер отличалась от многих, поэтому не захватила с собой данный атрибут. Она встала с кровати, подошла к прикроватной тумбочке Малфоя и положила на него яблоко, которое взяла с собой с ужина, заведомо зная, что совесть подтолкнет ее сегодня ночью посетить Больничное крыло и проведать случайного спасителя.
- Я не захватила с собой зеркало, Малфой. Не думала, что тебе срочно понадобится разглядывать себя. Дело ведь совсем не во внешности. Ты бы все равно ничего не смог та увидеть, на твоё лицо наложены бинты. Думаю, что ты получил очень сильные ожоги.
Девочка чувствовала характерный запах противоожоговой мази. Это значило, что под бинтами слизеринца наложена именно она. Девочка вернулась на край кровати и вновь присела, стараясь не светить палочкой в лицо слизеринцу.
- Ты не успел отскочить от котла, Малфой. Но ведь у тебя было достаточно времени, - говорит Грейнджер будто коря Драко за то, что произошло, а главное как. Если бы он отскочил, то это Грейнджер бы сейчас лежала тут в бинтах и совершенно точно то, что Малфой бы не крался под покровом ночи сюда, чтобы узнать как дела у гриффиндорки. Все случилось слишком неправильно.

+2

7

Думает она… Драко готов был взбеситься и начать срывать с тела и лица эти чертовы бинты, но на то он и был слизеринцем, а не гриффиндорцем, чтобы прислушиваться к голосу разума, а не слепо повиноваться эмоциям. Сдирание бинтов, эффектное, но бесполезное, может причинить ему лишь вред. Уж как минимум мадам Помфри вновь замотает его как мумию, а эта процедура не из приятных.
А потом его голову посетила иная мысль, несколько уменьшившая скорбь о возможных полученных увечьях. Грейнджер сказала, что он прикрыл ее собой… Что ж, по сути, наверное, так оно и было, раз он находится в таком состоянии, а она цела и невредима, хотя стояла в шаге от него. Видимо, гриффиндорку это впечатлило, раз уж она не поленилась пробраться в больничное крыло и даже принесла ему яблоко.
Забавно. Настолько, что слизеринец едва сдержал нервный смешок.
- То есть, ты меня обвиняешь в нерасторопности? – сумрачно и подозрительно осведомился он, пытаясь восстановить в памяти последние мгновения перед взрывом. Кажется, он отступал от котла, потом с кем-то столкнулся… Очень может быть, что этим кем-то и была гриффиндорка… Тогда все понятно, он действительно прикрыл ее собой. Папа бы гордился таким геройским поступком…
- Что ты за девчонка, Грейнджер? Даже зеркала у тебя с собой нет… - повеселевшим тоном протянул Драко, хотя особых причин для веселья вроде бы и не было. Но сама абсурдность ситуации начинала его забавлять. Он лежит на больничной палате, а о нем беспокоится девушка, которой он разве что под кожу не залазил в попытках вывести ее из себя.
- Ладно, скажи хоть, насколько ужасно я выгляжу? – вопрос немаловажный. Магия была способна творить чудеса, однако некоторые ожоги, полученные в результате неправильно приготовленного зелья, исцелялись крайне трудно и не полностью. – Титула «Красавчик года» мне уже не видать, но хотя бы в тройке я окажусь? И, кстати… - вот тут юноша нахмурился. – Ты давно здесь сидишь? Меня больше никто не навещал? – по разумению Малфоя, скорбеть о нем должна была вся школа. А уж факультет просто обязан был направить целую делегацию. Подумать только, если бы не гриффиндорская совесть, ему бы и поговорить сейчас было бы не с кем.

+2

8

- Нет, Малфой, ни в чем я тебя не обвиняю, можешь успокоиться. Просто если бы ты двигался чуть быстрее, то смог спасти своё смазливое личико от горячего испорченного варева, только и всего, - говорит девочка, с интересом вглядываясь в лицо собеседника. Глаза уже привыкли к полумраку, небольшой огонёк на палочке улучшал видимость. Кроме ярких серых глаз да искривлённых в ухмылке губ, на лице ничего не было. Все остальное пространство занимали бинты.
Грейнджер ухмыляется, изгибая одну бровь и искривляет губы в ухмылке. Малфой просто невыносим. Ну какая ему разница как он сейчас выглядит? Главное, чтобы все следы от ожогов сошли, чтобы все произошедшее не принесло вреда его здоровью в последствии, а из того, что уже было получено злосчастным котлом не переросло в более опасные раны и травмы.
- Нет, я только пришла. Ты очнулся сразу, как только я подошла к твоей кровати. На счёт того кто здесь был или нет я не могу тебе сказать. Сейчас весь замок спит. Наверняка тебя навещали твои так называемые друзья, но об этом мне ничего не известно, - говорит гриффиндорка. Наверняка слизеринцы спят по ночам, а не бродят по замку, пытаясь тайно проникнуть в больничное крыло, чтобы узнать, как дела у Малфоя. Хотя кто его знает.
- Думаю они приходили днём или придут завтра, во время, разрешённое для посещения. Ночами школьникам положено спать, Малфой, - строго говорит она, совершенно не обращая внимания на то, что нарушает данное правило своим пребыванием здесь. Но тот факт, что Малфой продолжает язвить и голос его становится веселее, Гермиона отмечает как добрый знак.
- А выглядишь ты как обычно, самодовольныи и напыщенным индюком. Это видно даже сквозь бинты, - не сдерживая улыбку добавляет она, не ожидая от себя такой дерзости в сторону пострадавшего слизеринца. Вся ситуация комична, поэтому Грейнджер улыбается, разглядывая перебинтованного Малфоя и никак не решается вслух поблагодарить его за это, совершенно точно случайное, спасение.

+2

9

Давно стих гул студентов в гостиной, погас камин, лишая последних капелек тепла в подземелье, когда Теодор, задремавший в кресле с книгой по продвинутым зельям в руках, приоткрыл веки и бросил изумленный взгляд на часы. Юноше потребовалось добрых пять минут, как то бывает после незапланированного сна, чтобы понять, кто он, что он и зачем он. События дня постепенно выстраивались в логическую цепочку, возвращая его в реальность. В памяти всплыли сдвоенные Зелья и ставший апогеем занятия взрыв котла Гермионы.
- Точно! Драко, кентавром его! - Тео наспех забросил учебник в сумку и выскочил из гостиной факультета. Он собирался навестить товарища Павлина после ужина, но не успевал доделать домашнее задание и пришлось возвращаться в подземелья. С занятиями правда не клеилось, не складывалось, не получалось, потому что мысли то и дело возвращались к гриффиндорке, к испорченному зелью и бессознательному телу Малфоя на полу. Видимо, он настолько глубоко погрузился в размышления, что не заметил, как провалился в сон.
Нотт сидел на уроке как раз позади золотой троицы, но был настолько увлечен процессом, что упустил весь смак и лишь успел с трудом отскочить в последний момент от брызг вонючего отвара. И то лишь благодаря визгу Малфоя. Задание на уроке было подарком от Снейпа, а потому юноша был уверен, что Грейнджер в жизни бы не превратила бы уменьшающее зелье в такое безобразие. Вариант с белобрысым слизеринским чудом тоже отпадал, так как тот был достаточно умен, чтобы не наступить в собственную пакость, словно в навоз от хагридовского скота. Другое дело, что Малфой мог видеть или догадываться, какой умник решил отправить Гермиону, как минимум, в школьный лазарет, если не в Мунго, и, как минимум, с ожогами, которые могли вовсе не сойти с юного девчачьего лица. От одной мысли у Теодора сводило скулы, и найти обидчика было делом принципа. Нотт хоть и не был по своей натуре защитником всех униженных, но его приятель чуть не погиб, а... девушка, которая вдруг заполнила дыру в его душе своими карими глазами, могла стать жертвой.
- Они издеваются..., - Теодор, который крался через весь Хогвартс на цыпочках, тише местных крыс, походя скорее на бледную и худую тень, остановился возле двери Больничного Крыла, услышав два слишком, просто слишком хорошо знакомых голоса по ту сторону.
Малфой, как обычно, не шибко любезничал, Грейнджер изображала из себя героиню, что пришла к раненному из-за нее солдату, но было в их общении что-то иное, нежели привычная слуху неприязнь и ненависть. Тео скорее глотнул бы того самого зелья, чем поверил в то, что Драко снисходителен к грязнокровке и не верещит от присутствия той в одном помещении с его величеством.
- И не говори, даже хвост индюшачий сквозь бинты пролез, - с этими словами, взлохмаченный, заспанный, помятый и задыхающийся то ли от ревности, то ли от ненависти (причем не понятно к кому: к идиоту-шутнику, которому он еще покажет, какие зелья и заклинания бывают, к непутевому Драко, который себя чуть не угробил и походил на египетскую мумию (а еще ловец, чтоб его!), или к Грейнджер, что притащилась к своему врагу в знак... благодарности). - Гляжу, ты не скучаешь и времени зря не теряешь, Драко, развлекаешься тут. Что, Гре-ейнджер, яблочко хоть без экспериментов? А то нам ведь не простят, если главный блондин Хогвартса отбросит свои птичьи лапки в нашем присутствии.
Теодор метался между желанием съязвить по поводу сладкой парочки и уйти, оставив этих двоих дальше вести свои занимательные беседы, но понимал, что его ревность настолько глупая и детская, что недостойна ни его ума, ни статуса. Разум твердил, что это все усталость и больное воображение. Не хватало еще, чтобы Драко заподозрил неладное. Общаться с Гермионой в присутствии кого-то третьего было странным и непривычным. Он не хотел возвращаться к прежним оскорблениям и пусть даже просто на публику разыгрывать презрение к девушке, но и приятельское обращение было бы больно подозрительным. Последние дни в школе он предпочитал не сталкиваться с ней или же игнорировать настолько, насколько то было возможно, будто бы кто-то мог подумать о том, что они знакомы чуть лучше, чем два однокурсника, будто бы кто-то мог сомневаться в его отношении к нечистокровным.
- Ты выглядишь похуже моего домовика, Малфой, а Белка наш не самый симпатичный эльф, ты же знаешь, - Тео подошел к кровати приятеля и положил на тумбочку плитку добротного горького шоколада и чизкейк с ужина. Несмотря на сарказм в голосе, он понимал, что Драко должно быть больно. - Дабы ты совсем не истощал, принес сладкое подкрепление.

+2

10

Драко всерьез подумывал о том, чтобы надуться как тот самый индюк, которым его вначале назвала гриффиндорка, а затем и присоединившийся к ним Теодор Нотт. Эти двое нарушили священную заповедь, согласно которой над больными и раненными смеяться было нельзя. А уж над Малфоями запрещено насмехаться даже тогда, когда они пребывают в добром здравии, поэтому согрешили его гости вдвойне.
Правда, уже через секунду мозг слизеринца был занят не поиском повода для обид, а сопоставлением нескольких фактов. Во-первых, его друг ничуть не удивился, обнаружив у его кровати Грейнджер либо весьма искусно скрыл удивление. Во-вторых, Нотт вступил в разговор без раскачки, не найдя нужным выразить Грейнджер свое «фи» по поводу ее присутствия.
- Даже в таком виде я все равно симпатичнее тебя, друг мой, - задумчиво протянул блондин, принимая как должное подношение и переводя взгляд с одного гостя на другую. – И это вся делегация? Истинно говорят, друг познается в беде… - заключил Драко, делая на память зарубки напротив тех фамилий, с кем следовало бы пересмотреть отношения сразу же по выходу из лазарета.
- К тебе, Грейнджер, это не относится. Тебя привело сюда чувство вины, ведь если бы не моя нерасторопность и широкие плечи, лежать тебе на моем месте… - насчет широких плеч, допустим, он и приукрасил, но имел же право? Да и вообще – ширина плеч являлась делом наживным. Взять того же Гойла – толку от его плеч, если от одной его мысли до второй пообедать можно?
- А теперь приступим к самому главному… - нет, не к ужину, тем более, что правила приличия предполагали бы раздел имеющейся снеди, а делить особо было нечего. Тем более на троих. – Вы оба присутствовали в классе в момент взрыва. Напрягите свои мозги и вспоминайте, что было до него и что было после… Кто мог подойти к котлу Грейнджер? Кто был самым бледным и напуганным, когда меня унесли? - о, тут слизеринец живо представил себя, лежащим на полу, полуживым и облитым какой-то дрянью… мдя… Ничего, для потомков версию можно и переделать на более героическую. – Может быть, кто-то, напротив, чрезмерно ликовал? Вспоминайте все… - потребовал Драко, в котором проснулся дух сыщика. – Мне нужны детали, мне нужен виновник произошедшего. Потому что, когда я выйду отсюда, а я выйду, состоится суд и казнь, - грозно завершил он, морщась и протягивая руку к тумбочке. Через несколько мгновений раздался аппетитный хруст надкусываемого яблока.
- Я флуфаю… - поторопил он, глотая кусочек яблока. – Плачу сикль за ваши догадки.

+2

11

Гермиона толи от удивления, толи от ужаса расширила глаза, услышав в темноте голос Теодора, который дополнил ее предложение о Малфое, как об индюке. Ее посетила странная мысль, ощущение было сравне тому, что ее застали на месте преступления. Она ведь и кралась сюда под покровом ночи, дабы не попасться на глаза никому лишнему. Кто же знал, что Теодор тоже решит посетить Малфоя ночью. Гермиона уставилась прямо в глаза Нотта, совершенно не зная что сказать. Не кидаться же на него с оправданиями. Это было бы глупо, а для Малфоя и того - слишком подозрительно. Грейнджер лишь поерзала на месте, ощущая дискомфорт от общества, места и времени. Она подчеркнула про себя, какой вариант поведения выбрал Нотт, максимально возможно скрыла ухмылку, надеясь, что в темноте ее никому не разглядеть и решилась заговорить.
- Это невероятно интересно обсуждать, кто из вас красивее, но я сюда шла совершенно не за этим, - говорит девочка, а чтобы не дать задать слизеринцам задать каверзный вопрос в свою сторону, добавляет. - Я хотела узнать, как самочувствие Малфоя и спросить у него, видел ли он того, кто подкинул мне что-то в котёл. В ходе беседы стало очевидно, что не видел.
Гермиона приняла выражение лица, показывающее собеседникам чисто научный интерес ее посещения Больничного крыла и благодарность мерлинову слизеринцу в том, что он спас ее от треклятого зелья.
Малфой, в какой-то момент, напомнил Гермионе своих друзей. Он ни капли не ощущал себя странно в этой компании, а даже наоборот, с интересом решил обсудить тему того как и почему он загремел сюда с ожогами.
- Я ничего не заметила. Видимо это случилось, когда я отвернулась и понесла работу профессору. А гадать кому понадобилось портить мое зелье глупо, - говорит девочка, вспоминая, что не так давно обучала грозные письма от людей, которых даже лично не знала. Некоторых людей раздражало простое существование этой магглорожденной девушки на Земле, что уж говорить о школе.
- Ничего не чувство вины, Малфой. Если бы ты не совал свой нос в чужие котлы, спал бы сейчас в своей кровати, укрывшись факультетским флагом и продолжая ухмыляться и радоваться чужим неудачам, - парирует девочка.
Гермиона старается вспомнить расположение учеников в классе зельеварения на уроке. Она была слишком увлечена занятием и варкой зелья, поэтому совершенно не помнит кому и с какого ракурса было бы удобнее подкинуть шутиху ей в котёл.
- Тео... Нотт, ты, случайно, не видел кто это мог быть? Ты вроде работал недалёко от меня? - осторожно спрашивает Гермиона, пытаясь вглядеться в карие глаза, которые от тусклого света казались темнее обычного. Гермионе вдруг захотелось спросить, не она ли является объектом его злости, но решила не раскрыватт никаких карт и играть по его правилам. Однако Грейнджер заметила, насколько тяжело ей даётся безразличный тон в его сторону.

+2

12

С малфоевским самолюбием мало что способно сравниться, разве что его собственное, но в их вечных перепалках, кто лучше и краше, было куда больше юмора, чем серьезных намерений задеть. Иногда его однокурсник был до скрипа челюсти невыносим, но в этом и состояла его привлекательность. Теодор искренне ценил их дружбу за откровенность, прямоту и отсутствие обид, потому что знали они друг друга без чешуи, без лоска, без блеска стразов на парадной мантии.
- А ты думал, что выстроится очередь возле входа в Больничное Крыло? Тебе давно пора заняться магловской арифметикой - мисс Грейнджер в помощь - ты явно ошибся в подсчете своих фанатов, - Тео сначала подумал присесть на край кровати, но столь близкое присутствие гриффиндорки могло слегка подсорвать его поехавшую крышу, а потому он отыскал глазами деревянный и совсем непривлекательный стул для посетителей, трансфигурировал его в мягкое кресло с зеленой обивкой и развалился в позе "я - король, простите, ребята". - Я отброшу манеры и не могу не передразнить тебя, Грейн...Грейнджер. "Я хотела узнать, как самочувствие Малфоя". В этом мире что-то пошло не так? А Поттер и Крам тебе разрешили? Как бы не вышла новая статья из-под пера мисс Лучшая Журналистка Года с заглавием "Грейнджер продолжает идти по мальчишеским сердца. Следующая жертва - Драко Малфой".
В словах гриффиндорки Тео слышал оправдание, нелепое и смешное, и оправдывалась отличница отнюдь не за нарушение школьных правил и нахождение за пределами гостиной после отбоя. К чему оправдания? Они были едва знакомы, хоть и казалось, что видели друг друга насквозь. Она имела полное право проводить время хоть с Малфоем, хоть с шрамолобым, хоть с Хагридом, и Нотт отчетливо понимал, что все остальные эмоции являются лишь его задетым эго и излишне развитым внутренним собственником. Собственника Теодор на время заткнул.
- Драко, я оторвался от своего котла только тогда, когда ты завизжал похлеще банши, - видимо, вопрос мести стоял не только у Теодора, а три сообразительные головы вполне могли справиться с задачей и вычислить виновника. - Я тебя разочарую, но бОльшая часть ликовала, когда Снейп уносил твою бессознательную тушку с ног до головы испачканную в чем-то цвета рвоты. Расчет был не на тебя, не набивай себе цену. Но за то, что попало тебе, кто-то должен ответить. И не смей разбираться с этим делом без меня, не лишай удовольствия. Не нравится мне, когда над Слизерином смеются. Тут вопрос принципа, чьи руки нашли свое применение не там, где нужно. Это же надо так провернуть, что никто не заметил. И этот кто-то явно не Страшила из Изумрудного города... Эм-м-м, это такое пустоголовое чучело, слышал как-то от... эм-м-м маглорожденная ребятня тут обсуждала над книжкой. Тащат все подряд в Хогвартс...
Слизеринец бросил предупреждающий взгляд на девушку, когда та чуть было не назвала его по имени. Не хватало еще таких сюрпризов, Драко - не Гойл, у него извилины работают дай Мерлин каждому. Пусть не всегда в нужное русло направлен мыслительный процесс, но нельзя было отрицать, что Малфой умен. Даже слишком. Теодор поглаживал подушечками пальцев вельветовые подлокотники, оставляя замысловатые рисунки. Так бывало, когда он задумывался и забывал обо всем на свете, кроме конкретной задачи, что требовала немедленного решения.
- Я работал прямо позади твоего "супа", - Нотт постарался напрячь память и воспроизвести события того урока. - Но, в отличие от нашего белобрысого знакомого, мне твой котел был совсем неинтересен. Правда я также никогда не поверю, что ты могла бы испортить такое простое зелье. Кто угодно, но не мисс Всезнайка. Рядом со мной работали наши девочки, но они вроде не отвлекались. Скорее отвлекали меня своими вопросами. Кста-ати, о девочках... К нам же присоединили рейвенкловцев, у них там какое-то занятие выпало. Может кто из них? Учитывая твою популярность последние месяцы (я не о тебе Малфой!), то делаю ставку либо на какую-нибудь поклонницу знаменитых игроков в квиддич, которой Поттер или Крам разбили сердце... Скорее Крам, потому что очкарик до амурных дел явно не дорос, у него же вечно какие-то неприятности. Либо какой-то юнец, которому разбила сердечко ты, Грейнджер.

+2

13

И отчего Грейнджер отказывается признавать очевидное? Котел чей? Ее. Кого должно было окатить варевом по плану неизвестного и оттого доселе пребывающего в добром здравии злоумышленника? Снова ее. Что ж, если к чувству вины добавилась еще и признательность – прекрасно, Малфои не отказываются, когда кто-то добровольно начинает считать себя их должниками.
Именно эту мысль он и собирался озвучить девушке, но та неожиданно назвала его друга по имени. Тео… Не Теодор, не Нотт и даже не чертов слизеринец… Тео…
«Нет, ну вы слышали?»
К чести своей Драко разве что бровью повел и слегка шевельнул ухом, сокрытом под бинтом, но в памяти своей сделал здоровенную зарубку, требующую разъяснить этот феномен. Похоже, работы у него будет непочатый край, а значит и залеживаться в больничном крыле нет резона, иначе можно пропустить все на свете.
- Маггловские книги вредны, Теодор, - задумчиво произнес блондин, размышляя одновременно над несколькими вопросами. Например, не составить ли ему списочек тех, кто особенно бурно ликовал над постигшим его несчастьем? Раз уж его упрекают в том, что он всегда радуется чужим неудачам, то какое право они имеют делать то же самое? Нет ли здесь двойных стандартов и признаков лицемерия, господа?
- В одной из книжонок, где все зло было заключено в простом колечке, эльфы представлены высокими и красивыми. Представь, что будет, попади эта книга твоим домовикам? – вот поэтому-то и надо было сохранять границы между двумя мирами. Либо мир вновь придется опрокинуть в средневековье, где каждый, кто владел магией, стоял неизмеримо выше простецов. Беда лишь в том, что с тех пор количество волшебников тоже возросло, а значит неминуемо самоистребление в ходе борьбы за влияние.
- Ликовали, значит? – тоном, не предвещающим ничего хорошего, переспросил он, перебирая в уме с десяток наиболее мучительных пыток. – Ладно, об этом после… Вначале мне нужна голова главного ублюдка. Грейнджер, вспоминай, не замечала ли ты в ком-то из сокурсников особой перемены в отношении тебя в последние недели? – потребовал он у гриффиндорки. В любом, даже самом безнадёжном на первый взгляд деле, всегда оставалось ниточка, потянув за которую можно было распутать весь клубок. Надо было только эту ниточку разглядеть.
- О, с каким удовольствием я сейчас проник бы в вашу память. Наверняка есть что-то, что вы упустили, - попенял он своим ночным слушателям, ничуть не сомневаясь в том, что на их месте подметил бы гораздо больше деталей.
- Вот, кстати, о рейвенкловцах… Хорошая мысль, Тео… - милостиво похвалил друга Малфой. - Грейнджер, у тебя были с ними конфликты? Любые конфликты, даже незначительные? Надо сузить круг подозреваемых и работать с ними индивидуально. Наверняка сотворивший это сейчас напуган. Его можно спровоцировать, но действовать нужно быстро, иначе он успокоится и поверит в свою безнаказанность.

+2

14

Гермиона внимательно слушала размышления слизеринцев, пытаясь детально восстановить в памяти урок, который свёл сейчас этих троих в больничном крыле. Все шло как обычно, совершенно ничего не предвещало беды. Осмотреть котёл и обнаружить там даже остатки того, что именно закинули в котёл не было возможности. Снейп просто выгнал всех из класса, да и котёл разлетелся в щепки. Кому она могла мешать? В последние пары недель письма от поклонниц Гарри и Виктора стали намного реже, да и в школе никто не выказывал открытую неприязнь к девочке. Что же касаемо того, что Грейнджер «могла разбить кому-то сердечко» сразу вычёркивалось из возможных мотивов. Грейнджер наверняка знала, что этот вариант исключён. Она не считала себя привлекательной и не замечала за собой заинтересованных взглядов однокурсников. В этом году, безусловно, она была замечена Болгарским ловцом, всемирно известным Виктором Крамом, но она не считала, что это могло бы спровоцировать противоположный пол рассматривать собственную кандидатуру как объект любви и обожания. Да и письма от поклонников говорили об ином.
- Знаете, я тут подумала... А что если целились совсем не в мой котёл? - говорит она задумчиво, устремляя и останавливая свой взгляд на рисунках по обивке, по которым водит пальцами Нотт. Действительно. Гермиона много раз обсуждала с друзьями, что на Гарри в этом году практически открыта охота. Его подставили с кубком огня, шансов причинить вред Поттеру было хоть отбавляй. Не удивительно, если кто-то из однокурсников, захлебнувшись в своей зависти к Гарри, решил отомстить ему таким способом?
- Может злоумышленник ждал, когда я отойду от котла, потому что я загораживала ему котёл Гарри? Это может значить, что он сидел сзади меня, -  размышляет она, вновь уставившись в одну точку и прищуривая глаза. Ей было неудобно оглядываться на уроке, ведь позади неё сидел и Тео. Она бы могла случайно привлечь внимание к себе, если бы слишком часто оборачивалась назад. Да и вертеться на уроках Грейнджер всегда было некогда. Она больше была увлечена процессом приготовления зелья, чем другими внешними факторами. - и ещё это может значить, что он или она не слишком меткие...
Мысленно Гермиона возвращается в Больничное крыло. Прокрутив в голове возможные варианты, она уже удосужилась воспроизвести их вслух.
- Рейвенкло... вполне может быть. Вспоминай сам Малфой, кто первым у тебя выпросил значок «Поттер ты смердяк». Нотт, ты не помнишь, кто сидел рядом или недалёко от тебя? Не заметил лишних движений однокурсников? - спрашивает девочка. - А по поводу наказания - необходимо узнать его имя и сообщить преподавателям. Линчевание запрещено в нашей стране, - нравоучительным тоном заключает Грейнджер.

+2

15

Недолго его дружба с грязнокровкой сохранится в тайне, ох чуяло его слизеринское сердце, твердил ноттовский разум, что недолго. Даже сумраке Больничного Крыла от взгляда юноши не ускользнуло едва ощутимое движение Малфоя, когда Гермиона посмела оговориться. Брови его друга слегка дернулись, но эмоции оказались скрыты под слоем бинтов. Драко, переварив информацию, непременно устроит ему задушевный разговор с метелкой под задницу и промыванием мозгов на тему, какого гиппогрифа он водится с кем попало. Белобрысый был слишком любопытный, проницательный и нудный. "Ну, Грейнджер, ну, угодила!"
- Не читать книг - вот что вредно, и в Хогвартсе найдется много передвигающихся на двух ногах подтверждений моей теории, - парировал в ответ Нотт и гордо вздернул подбородок. Его литературный вкус в глубинах темной душеньки был задет за живое. - Эльф останется эльфом для чистки обуви. Будь он хоть красоты вейлы и белизны Малфоев.
Теодор упустил сцену с шутками на тему, где же сам Драко набрался столь глубоких познаний в магловских книгах. Они еще успеют поговорить об этом за бокалом домашнего вина, без свидетелей в лице Грейнджер и без ненужных ушей однокурсников. Сейчас у них имелись дела поважнее и вопросы поострее, чем спор о роли маглов в чистокровном обществе. Уж слишком больной мозолью оставалось для многих юных слизеринцев негласное правило "грязнокровки губят наш мир", даже за завесой их презрительных взглядов и унизительных слов в сторону маглорожденных.
- Именно ликовали, наш мистер популярность, но им высказать свое "фи-и-и" еще успеешь. Потому что в таком состоянии ты страха совсем не вызываешь... тебя скорее хочется пожалеть и убаюкать,  - Тео хмыкнул, догадываясь, что у Драко уже явно зуд под бинтами от нетерпения выбраться из Больничного Крыла и разобраться с теми, у кого хватило наглости посмеяться над великолепным Малфоем. - Носки Гойла тебе под подушку, а не наша память. Не мечтай даже. Учитывая наш с Грейнджер магический потенциал, то это тебе не одиннадцатилетние недоросли с тыквенной кашей в голове и молоком на губах.
Нотт как-то читал о легилименции и понимал, что силенок для проникновения в сознание у среднестатистического четверокурсника попросту не хватит. Но от одной мысли, что кто-то мог бы своими цепкими пальцами добраться до заветных воспоминаний, до его собственных мыслей и чувств в отношении гриффиндорки, по спине пробегал неприятный холодок.
- Да и тебе ли не знать, что внимательностью меня гены не обделили, иначе бы мои зелья элементарно по теории вероятности не получались бы из раза в раз настолько идеальными, словно с книжной колдографии, - пробубнил Тео, прикрывая глаза и упираясь затылком в спинку кресла. Так было проще слушать, не отвлекаясь ни на комментарии Малфоя, ни на... просто ни на Грейнджер, которая не давала сконцентрироваться одним своим присутствием. - У меня всегда только хорошие мысли, потому что плохие я предпочитаю оставлять при себе. Длинным языком наделены лишь глупцы.
Нотт вальяжно растягивал слова, собирая по кусочкам обрывки дня, вспоминая лица других студентов за обедом и на парах после зелий. Многие рейвенкловцы были в представлении юноши с причудами. Чего стоила одна Лавгуд с третьего курса, да и на их потоке чудаков хватало.
- Ну а что... рейвенкловцы с виду умные и правильные, а в тихом омуте, знаете ли, не только черти, но и инферналы водятся, - Тео нахмурил лоб, когда девушка высказала предположение о том, что мишенью была совсем не она. - Драко, а твоя гриффиндорка дело говорит. У Поттера репутация в этом году нестабильная. Одни на руках носят, у других кровь из носа от зависти брызжет. Половина Хогвартса точит клыки на шрамолобого. Итак, что мы имеем? Вероятно, кто-то из рейвенкловцев. Им ведь пришлось сесть на оставшиеся места в конце кабинета. Мои соседки отпадают, их больше волновали оценки по зельям, чем квиддичная задница Поттера. Насчет квиддича... Если наш шутник или шутница даже в котел не попал, то вряд ли состоит в команде. Иначе бы рейвы смотрелись совсем позорно на поле, а они вроде как на метлах держатся. Хотя в этом вопросе ты разбираешься лучше, Драко. Есть там у них кто с четвертого курса? Можно вычеркнуть. Дальше еще такой момент. Я ставлю сто галлеонов на то, что этот кто-то не шибко популярен, скорее всего тихий и незаметный книжный червь с большими комплексами.

+2

16

Почему бы это Малфою не помечтать о проникновении в память этих двоих? Мечтать, кажется, никому не воспрещалось, даже тяжело раненным. А в том, что в памяти у Грейнджер и Теодора можно было обнаружить много интересного, слизеринец не сомневался. Словом, обладай он необходимыми навыками, он бы даже не стал спрашивать разрешения. А пока… пока действительно оставалось только мечтать и пользоваться теми скудными крохами информации, что до него все же донесли.
- Поттер, значит? – задумчиво протянул он, а в следующее же мгновение на него навалилась вся тяжесть, весь ужас, который несла эта версия. Если бы не бинты, юноша мог бы поручиться за то, что лицо его позеленело под стать факультетским цветам.
- О-о-о… - простонал он, надеясь, что как следует напугал этим своих слушателей. Ибо Драко страдал, страдал по-настоящему. – Так это из-за Поттера… Я могу лишиться своего лица из-за это шрамолобого…
Это была трагедия. Никто не в силах был понять, какого это – пострадать вместо своего врага. Одно дело, когда ты падаешь в яму, которую сам же и вырыл. И совсем другое, когда падаешь в яму, которую некто вырыл для чертового Мальчика-Который-Снова-Подставил-Другого-Вместо-Себя.
- Теодор, друг… - Малфой с трудом, но простер обожженную руку в сторону Нотта. – Положи мне на лицо подушку и держи, пока я не задохнусь. Я пострадал из-за Поттера… это позор навек, я не уверен, что во всей школе хватит крови, чтобы смыть его… - рука слизеринца обессиленно упала поверх одеяла, а сам он затих. Возможно, даже перестал дышать. И не было рядом никого, кто мог осознать всю глубину глубин его горя и негодования. Даже эти двое, хвастающиеся своими мозгами… Что они могли понимать?
Секунды текли и превращались в минуты. Лежа с закрытыми глазами, Драко не сомневался, что прошли столетия, но все это было не важно. Его мозг был занят поиском ответа, складыванием кусочков мозаики в одно целое. Ему нужно было имя.
- Роджер Мейлон… - наконец потусторонним голосом изрек он, открывая глаза, и в этом голосе звучал смертный приговор. – Я обвиняю его. Он и заплатит за произошедшее.

+3

17

Грейнджер, нахмурив брови смотрит на Нотта. Фраза «твоя гриффиндорка» не ускользает от слуха девушки. Вступать в перепалку сейчас не время, поэтому она просто награждает слизеринца презрительным взглядом. Слова так и рвутся наружу, но Грейнджер сдерживает их, прикладывая к этому титанические усилия.
Легилименция? Конечно, Грейнджер знает, что в их юном возрасте это невозможно, но неловкость положения заставляет поерзать на месте. Нет уж, Малфою совершенно нечего делать в мыслях гриффиндорки. Нотт абсолютно прав в этом.
- Я согласна, вряд ли кто-то из сборной по квиддичу. Хотя мотив бы был проще. Эта игра, вместо того, что бы объединять игроков, поддерживать дух здоровой конкуренции, просто вызывает вечные споры и ругань. Взял бы Дэвис в команду человека, который с двух метров не может попасть в котёл?
Кто бы ещё это мог быть? Грейнджер пыталась мысленно вернуться в кабинет, но к сожалению, затылком, как например профессор Муди, она видеть не могла.
Услышав о Гарри, Малфой кажется расстроился ещё хуже. Грейнджер удивилась этому. Убивался ли так слизеринец, когда думал, что пострадал из-за неё? Или чувствовал себя героем? Думал, что после этого поступка его начнут восхвалять, как защитника? Тоже вряд ли, Малфой не создавал впечатление такого человека, который желал бы бросаться на спасение всех и каждого, тем более магглорожденной гриффиндорки, над которой он вдоволь поиздевался месяц назад, наслаждаясь, комментируя провокационные статьи Риты.
Когда показательное выступление Малфоя закончилось, он изрёк имя. Гермиона даже дернулась, когда Малфой произнёс его.
- Роджер? - она так удивилась, услышав имя тихого мальчика, который никогда не выделялся среди толпы. Он никогда не учился лучше всех, но никогда и не отставал по предметам. Почему бы он решил вдруг закинуть в котёл Поттера шутиху?
- Вполне вероятно, - вдруг произнесла девочка, раздумывая над мотивами однокурсника. - Я помню, что значок на нем был. Думаете, что он может в тихую завидовать, а потом вот так взять и промахнутся в самый ответственный момент?
Довольно жалким бы зрелищем это было.
- Я вроде слышала, что он увлекается зельями. Кто-то говорил, что он даже экспериментирует с ними. Значит он мог знать, какой эффект возымеет шутиха в котле, - вслух рассуждала Грейнджер. А потом посмотрела на Драко. Слизеринец явно хотел отомстить обидчику. Переведя взгляд на Тео, она увидела такую же решительность.
- Нельзя самим наказывать его. Нужно сообщить об этом преподавателям! - резко сказала она, хотя понимала, что вряд ли сможет убедить ребят отменить бесполезное линчевание, если они уже решили. Для неё такой метод был недопустим.

+2

18

У Малфоя был врожденный театральный талант, которому он раз за разом прекрасно находил применение, будь то воплощение всего самого светлого и невинного на земле перед профессором Макгонагалл или игра на публику и глубочайшая душевная и физическая травма от гиппогрифа перед однокурсниками. Теодор насмешливо изогнул бровь, левитируя из соседней койки больничную подушку (все, как заказывал его товарищ) и трансфигурируя ее в мягкую диванную подушечку из плюша в форме снитча.
- Лондонский театр плачет и дохнет по тебе, Драко, - подушка грозно нависла над юношей, рискуя в любую секунду шмякнуться прямо на перевязанное бинтами лицо, но в итоге лишь аккуратно опустилась рядом. - Я тебе искренне сочувствую, друг мой, потому что сам скорее проглотил бы зелье Крэбба, чем едва не погиб из-за очкарика или нищеброда Уизела. Постой-ка! Так значит ты героически спас своего врага от гибели. Ха, Салазар подери, Драко! В случае с Грейнджер ты выглядел хотя бы, как джентльмен, но а с Поттера-то что взять... Молись Мерлиновой бороде, чтобы слухи не разошлись по Хогвартсу быстрее, чем ты выйдешь из Больничного Крыла. С другой стороны, если отбросить драматизм, ситуация попахивает выгодой. Он как бы в долгу перед тобой, хоть и не знает об этом, а магический долг - штука хитрая, может и пригодиться.
В отличие от Гермионы с ее верой в лучшее в людях, Нотт ни капли не удивился вердикту. Драко в своих умозаключениях двигался в том же направлении, что и сам Теодор, ловко отбрасывая неподходящие варианты. Гриффиндорцы наверняка стали бы выискивать самого подозрительного и неприятного из всех однокурсников, но они с Малфоем, как представители факультета, на который вешают все грешки вплоть до поколения основателей, понимали, что ответы иногда приходится искать глубже, а окружающие не всегда являются теми, за кого себя выдают.
- Роджер прекрасно вписывается в психологический портрет нашего злоумышленника, - Тео приходилось несколько раз пересекаться с рейвенкловцем. - И он действительно неплох на уроках у Снейпа. Я его как-то видел в подземельях, ошивался он там, кстати, во внеурочное время. Так-то я внимание не обратил, мало ли какие извращенные фантазии или свидания у орлов. Я к тому клоню, что может он пытался в кладовку нашего декана попасть или в кабинете какие ингредиенты раздобыть?
Тео не сомневался, что Драко просто так этого Мейлона не оставит. Мальчик был готов дать зуб, что при первой же возможности Роджер случайно подвернет ногу, разозлит хагридовского пса или спутает корень мандрагоры с флоббер-червем. Вот только он не позволит Малфою насладиться местью в одиночку. Гриндилоу ему под одеяло! Нотту не терпелось посмотреть в глаза тому, кто чуть не отправил на тот свет его друга. Ему не терпелось увидеть страдания того, кто был настолько глуп, что чуть было не лишил его Грейнджер. Поттер Теодора не волновал, не беспокоил, не зудел. А вот возможные ожоги на идеально гладкой с легким румянцем коже Гермионы были достаточно веской причиной поставить идиота на место.
- Ты такая ми-и-илая, Грейнджер, когда речь заходит о правилах, - Теодор издал громкий и холодный смешок. - Во-первых, как мы докажем, что виновен именно Роджер? Во-вторых, учитывая, что пострадал слизеринец, то снимут пару десятков баллов с факультета, пожурят и забудут. Проходили мы уже это сотню раз. Ты действительно думаешь, что мы послушаем какую-то заучку и пойдем докладывать к преподавателям? Не-е-ет уж, месть - это особое блюдо. Ты, конечно, девчонка, можешь нас сдать хоть самому директору, но то ведь будет некрасиво перед Малфоем. А он из-за тебя тут лежит, между прочим... Ну и из-за собственного помутнения рассудка тоже.

+2

19

- Постой, Теодор… - отповедь Нотта была хороша, с доводами и обоснованиями. Драко даже был тронут тем, что сокурсник с такой решимостью готов присоединиться к праведному делу отмщения врагу, на время затмившему самого Поттера, но кое-кто из присутствующих мог все испортить только потому, что и в грош не ставил его, Малфоя, право на справедливое возмездие.
- Грейнджер, ты что, всерьез решила, что мы до конца седьмого курса так и будем развлекаться этими детскими играми? – приподнявшись на локтях, слизеринец, морщась, уселся на кровати. – Будем бегать по каждому поводу к профессорам… ах да, я же еще должен прямо при тебе написать письмо отцу, чтобы завтра он самолично явился в Хогвартс и разобрался с обидчиком, так? Ну, скажи, ты ведь так себе все представляла? –издав хриплый смешок, самая прекрасная в мире мумия продолжил.
- Или нет… может быть, твое присутствие должно было наполнить нас чувством милосердия? Может быть, ты приведешь сюда этого Мейлона и мы разыграем здесь трогательную сцену всепрощения, а потом обнимемся и устроим чаепитие? – сжав забинтованный кулак, юноша с силой опустил его на покрывало.
- Так вот – не будет этого, - зашипел он, вперив в гриффиндорку тяжелый взгляд. – Я достану этого ублюдка и отправлю вот на эту же койку. И это будет справедливо. Не будет никакого суда, ты не произнесешь речь в защиту подсудимого. И доказательства его вины мы никому предоставлять не будем. По его вине я мог остаться без глаз – и пусть радуется, что я не спятивший маньяк и не стану, например, обматывать его кишками ствол дерева до тех пор, пока они не лопнут как гнилая бечевка… - криво ухмыльнувшись, Малфой кивнул на Нотта.
- Ну, в крайнем случае, если увлекусь, мой друг меня остановит… Правда, Теодор? Ты же не позволишь мне привязать Роджера Мейлона у Дракучей Ивы, чтобы она за час превратила его в лохмотья? Те лохмотья, которые по его милости сейчас могут свисать у меня с лица вместо кожи.

+2

20

Гермиона начинала злиться. Это вполне нормальное чувство, учитывая тот факт, что сейчас она находится в окружении двух слизеринцев, которые строят план, как бы им получше отомстить обидчику Малфоя. Она совершенно точно была против самосуда, но быстро поняла, что доказать ей что-то в этой компании не удастся. Гарри и Рон, например, тоже не всегда пользовались советами Грейнджер, что сердило гриффиндорскую всезнайку. Что же стоило ожидать от представителей змеиного факультета. Она грозно сложила руки на груди и переводила свой взгляд, полный негодования, с Теодора на Драко.
- Возможно это фарс сейчас, говорить с вами о правилах, - шипит она, глядя на Нотта, - учитывая, что сейчас ночь, а вместо того чтобы спать, я почему-то нахожусь здесь. Но считаю, что вы не имеете никакого права самостоятельно решать кому и как отомстить. Возможно, да даже скорее всего, мой голос для вас просто пустой звук, но я считаю, что имею права высказаться. Если вы решите отомстить Роджеру самостоятельно, то на вас это навлечёт лишние лишения, особенно если об этом узнают преподаватели.
Гермиона встаёт с кровати, ощущая здесь себя уже лишней. Ребята решили обсуждать план вершение правосудия, Грейнджер на все сто процентов против него. В ее голову закрадывается мысль, зачем она сюда вообще пришла. Думала ли она, что Малфой, как настоящий рыцарь пытался спасти ее? Возможно. Но пообщавшись с ним поняла, что пострадал он от праздного любопытства. И его беспокоит только он сам. Впрочем, как и всегда. От этого Гермиона испытала необъяснимую обиду, но быстро постаралась забыть об этом.
- Если вы собираетесь и дальше обсуждать, как нарушить десяток правил и отомстить тому, чья вина не доказана, то не смею вам мешать. Не переживайте, с докладом к профессорам я не побегу, - гордо говорит она, направляясь к выходу из палаты. Ей хочется ещё что-то добавить про то, что ожидала другого, когда шла проведать Малфоя среди ночи, но запнулась. Немного помедлив, она двинулась дальше и уже у выхода снова обернулась.
- Желаю приятного времени при провождении. Поправляйся, Малфой. И больше не суй нос в чужие котлы.

+2

21

Столкновения сторон было неизбежным, когда на поле боя выходили привыкшие линчевать неугодных слизеринцы с самомнением до небес и страдающие от собственного ума благородные гриффиндорцы с нимбом над головой. Теодор выучил, вызубрил, обследовал заучку Грейнджер достаточно хорошо, чтобы предугадать ее яростные протесты и в гневе едва подергивающиеся уголки губ. Возмущение, вспыхивающее на ее личике каждый раз, когда совершалась несправедливость или наглецы пренебрегали правилами, было настолько очаровательным, что Нотту хотелось бунтовать и нарушать все законы вселенной, лишь бы видеть, как Гермиона злилась.
- Я-то подо-о-ожду, Драко, но, кажется, твоя тирада не впечатлила нашу героиню, - о том, что еще в прошлом году ничто не помешало блондину вовлечь в дела Хогвартса отца, он промолчал. С возрастом Малфой становился все более сносным - видимо, взрослел, смелел, креп. По крайней мере, если его товарищ не блефовал перед гриффиндорской красавицей и был готов разделаться с виновником в одиночку, в глазах Теодора он заметно вырастит. - Она от возмущения сейчас взорвется, как жаба Лонгботтома, если ее надуть до размеров квоффла.
Белобрысый звучал убедительно, со вкусом, что хотелось облизнуться, похрустеть костяшками пальцев и этой же ночью достать Мейлона из-под земли, вытащить из его мягкой постельки, прямо в панталонах и объяснить доходчиво, кому недотепа перешел дорожку. Драко вставлял занятные подробности, о какой расправе над виновником он мечтал, а Тео продолжал мерзко ухмыляться, наслаждаясь ласкающими слух словечками. Непременно, он получил бы знатное удовольствие от наблюдения за таким самосудом. Нотт не страдал от маньячных наклонностей, но справедливость для него заключалась именно в достойном наказании для недостойных, а не во взыскании у Филча. К тому же играть на нервах гриффиндорки оказалось очень даже забавно.
- О да, конечно, мой дорогой друг, я непременно остановлю тебя, если ты зайдешь слишком далеко..., - забывая добавить "чтобы продолжить самому", серьезно произнес Тео и подмигнул Малфою. - На то мы и друзья.
Грейнджер тем временем не выдержала подробностей и ринулась прочь из Больничного крыла, на взводе, негодуя, разве что не распыляя заклинания взглядом. Теодор шикнул на однокурсника, предлагая тому все-таки прикусить язык. Они перегнули палку в разговоре с девчонкой, правильность которой была еще более совершенной, чем порядок на полках Теодора.
- Твоему присутствию здесь я был удивлен с самого начала, поэтому вопрос о том, почему ты среди ночи не спишь, а сидишь у койки Малфоя, нелепый. Не хотела бы - не пришла, - Тео пожал плечами, нехотя встал с мягкого кресла и подошел к двери. - Да мы и не переживаем. У чистокровных волшебников найдутся переживания посущественнее, чем гадать на мандрагоре, настучит ли заучка или нет!
Теодор склонил голову на бок и насмешливо поднял брови. Она не хотела уходить - он ошибся. Иначе не было бы попыток уколоть напоследок, не стала бы она оборачиваться, чтобы еще раз заглянуть в глаза слизеринцам, а просто ушла бы, возможно, сразу с доносом к декану. Но нет же, Гермиона продолжала стоять и пожирать их взглядом, желая выздоровления, как проклятия.
- Брось, Грейнджер, к чему столько нравоучений и условностей? - пока он стоял к Малфою спиной, то мог позволить сменить грязную ухмылку на вполне приветливую улыбку, какая играла на его лице в тот день в библиотеке. - Раз пришла, оставайся, если, конечно, хозяин этих апартаментов не против гостей. Обещаю быть паинькой. Драко вон в образе мумии, вообще, так что безобиднее флоббер-червя будет. По крайней мере сегодня.
-

+2


Вы здесь » HP: Hidden Swimming Pool » Invisibility Cloak » 31.03.95, Ну кто тебя просил?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC